Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

В постели с рыцарем

Суббота, 26 Фев. 2011

При слове “рыцарь” современные дамы слабеют в коленках и начинают млеть. Перед их взором проносятся, звеня доспехами, эскадроны прекрасноликих всадников на белых конях с лютнями в правой руке (чтобы исполнять серенады под окнами), щитами в левой (на них девиз “Тебя одну - навеки”) и розой в зубах. Галантные ухаживания... Куртуазный век... Вот кто понимал женщин - рыцари! Вот у кого надо поучиться современным мужланам правильному обращению с дамами.

ДМИТРИЙ ЛЫЧКОВСКИЙ, главный редактор журнала”Патрон”

Стоп! Ты действительно хо­чешь, чтобы мы вели се­бя по-рыцарски?  Тогда не обижайся. Ведь все твои грезы не имеют к средневековым реа­лиям  ни малейшего отношения.

Не виноватая я

В том, что женщины представляют се­бе рыцаря только так и не иначе,  вино­ваты природа и Голливуд. Так уж уст­роены дамские головки, что  скучные историческиеподробности они не приемлют. Большинство информации о  делах давно минувших лет почерп­нуты женщинами в лучшем случае из  романов Вальтера Скотта (всякие там Айвенго” и “Квентин Дорвард”), в  худшем - из голливудских блокба­стеров. А что такое американский  ис­торический блокбастер? Это масштаб­ная, великолепно костюмированная  сказка для взрослых, состряпанная из стереотипов и штампов. “Последний  рыцарь” и “Храброе сердце’ “Король Артур” и “Царствие небесное’  соби­рающие полные залы по всему миру, - это тот самый классический  рыцар­ский роман, которым зачитывались дамы XVIII-XIX столетия, только  до­веденный до сознания широких жен­ских масс новыми средствами - с  по­мощью кино и спецэффектов.

Историческая правда в этик тво­рениях - на уровне обрывков знаний  школьного троечника. Но продюсе­ры и режиссеры не сильно покриви­ли  душой при их экранизации. Вот кто врал на полную катушку, так это  первоисточники - рыцарские рома­ны. Что-де рыцарь - это благородный и  галантный кавалер без страха и уп­река. Эдакий трепетный лань,  сжигае­мый сугубо платонической страстью к Прекрасной даме. Готовый ради  од­ного ее взгляда на все: убить дракона, сложить сонет, выбить из  седла сопер­ника, даже дать обет безбрачия, пуб­лично завязав узлом свое  естество и принеся клятву вечной верности. От­сюда и женская  романтизация про­шлого.

В суровой неприукрашенной ре­альности рыцари, равно как и прочие  мужчины того времени, вышеописан­ному образу не соответствовали. Ска­жу  больше. Любой современный хам в сравнении с настоящим средневеко­вым  рыцарем - это тончайшая нату­ра, кладезь галантности, такта,  шар­ма,обходительности и элементарной человеческой порядочности.

Недомерок в латах

Начнем с малого. С внешности красав­ца-рыцаря. Рост средневекового  серд­цееда был метр шестьдесят с кепкой (в смысле, со шлемом). Небритое  ли­цо с клочковатой бородой обезобра­жено оспой, которой на материке  бо­лели все поголовно. К следам оспы прилагался полный букет плохо  зале­ченных венерических заболеваний. В их числе и сифилис (версия, что  его привез в Старый Свет Колумб, ны­не признана несостоятельной).Через  всю рожу - шрам от меча более про­ворного коллеги.Ухо раздроблено  протазаном (род алебарды), когда он сражался где-то с кем-то под  чьими­то благородными знаменами. Обтер­ханный грязно-белый плащ и не  знав­шие рук прачки одежды полны блох и вшей. Поэтому твой рыцарь  постоян­но чешется, чего-то стряхивает и ти­хо матерится на  староваллийском.

Впрочем, есть и свои плюсы. Во­первых, телом рыцарь действитель­но  хорош (таскание на себе 60 кг ме­талла, размахивание боевым мечом и  топором,ежедневныетренировкис копьем, охота и верховая езда не про­шли  даром). Во-вторых, ты его мо­жешь легко узнать по запаху. Даже на  расстоянии пары лье. Ты, конечно, думаешь - по запаху роз. На худой  ко­нeu фиалок, которые он накосил для тебя двуручным мечом на ближайшей  альпийской лужайке. Увы. Пахнет твой возлюбленный взмыленной ло­шадью,  железом, кожей и потными ногами. А изо рта с десятью зубами веером  (профессия стоматолога по­чнется только через 400 лет) распространял  амбре, валившее замертво с нor боевого коня. Пиво с чесноком для  дезинфекции) - обычный паек - нo случаю очередной великой победы в  очередной великой битве щедро заполированы вином. В итоге полу­чился  богатый перегар: один раз вдох­нешь, всю жизнь не забудешь.

Только не вздумай намекать ему, чтобы прополоскал рот. Вода - это для  простолюдинов, а ему подавай бургундское, на кудой конец эль. Рук мыть  он тоже не будет - он тебе не мавр или сарацин, у которых подоб­ное в  чести, а праведный христианин. Мылись эти ребята в своей удалой  ры­царской жизни два раза в день пер­вого причастия и на собственньix по­коронах. Притом что под кольчугой и латами даже в 30 градусную жару  носили войлочную рубаху (чтобы доспехи при пробивании острыми предметами  не поранили своими зазу­бренными краями рыцарского тела). Кстати,  доспехи эти они в походах не снимали сутками. Повторяю - сутка­ми!  Процедура надевания лат была занятием утомительным и кропотли­вым, даже с  оруженосцем это занима­ло не менее получаса. А посему малую нужду твой  дорогой справлял, не сле­зая с коня - прямо в латы. Особо брез­гливые  (если таковые случались) при­казывали оруженосцу окатить потом их парой  ведер воды - и вся гигиена.

Справедливости ради надо отме­тить, что нечистоплотность была  при­суща всем жителям Западной Евро­пы вообще. Равнодушное отношение к  грязи началось в XV веке и имело под собой сугубо экономическую  по­доплеку. До этого в 3ападной Европе мылись не реже, чем в Восточной.  Но потом там случилась экологическая катастрофа: бурный рост городов  при­вел к тому, что некогда густые леса бы­ли переведены на дрова под  корень. Власти стали издавать указы,кото­рые сегодня не поняли бы даже  акти­висты “Гринписа”: за самовольную по­рубку леса грозила смертная  казнь, причем какая - виновному вытяги­вали кишки, прибивали гвоздем к  де­реву и, подгоняя копьями, заставля­ли наматывать круги вокруг ствола.  Чтоб другим неповадно было.

С катастрофой власти справи­лись, но дрова на долгое время стали  роскошью. Горячая вода - недоступ­ной роскошью, причем не только для  простолюдинов, но и для дворян. Бан­ный вечер раз в месяц мог позволить  себе разве что король или иной облас­канный монаршьей милостью граф.

А как же вода из Кельна, знамени­тый о-де-колон? - возразит  какая-ни­будь исторически подкованная дама, прочитавшая на парфюмерном  сайте, что духи появились уже в Средние ве­ка. Было такое дело! И даже  пользо­валось у рыцарей спросом. Но не как средство гигиены, а как  способ пере­бить исходящий от тела смрад, не ос­кверняя его  прикосновением воды и мочалки. Возможно, рыцари даже принимали его  внутрь, усложняя аро­мат вышеописанного букета: чеснок, пиво, вино, а  теперь еще плюс трой­ной одеколон. Ты готова приоткрыть ему навстречу  свои губы для пылкого поцелуя?

Ну и что, отважно скажут наи­более упертые рыцарелюбки. Не это  главное. Главное, чтоб человек был хо­роший. Что ж, давай посмотрим на  моральный облик твоего героя.

Мужчина с понятиями

Современные любительницы фэнтези и ролевых игр (где они непременно то  Геневьеры , то Феи Морганы ) уверены - попади они в то прекрасное  время, и все в их пресной жизни сложилось бы по-другому. Жила бы она в  прекра­сном замке наподобие Камелота, но­сила бы изысканные наряды, а  рядом бы не пьяный Вася бубнил всякие сальности, а сэр Ланселот Озерный с  розой в руке молил бы белым стиком о воздушном поцелуе.

И если спросить, почему она так считает, “геневьера” без запинки  начнет цитировать рыцарский кодекс чести. Рыцарь-де - это благородный  защитник всех обиженных и угнетен­ных. Он верен своему сюзерену до  гробовой доски (она читала в учеб­нике 6-го класса отрывок из “Песни о  Роланде”). Он честен, справедлив, милосерден. Ему чуждо коварство. Он не  обнажит меча против слабого и черни. Он щедр, поскольку скупость  недостойна рыцаря. Он куртуазен и умеет ухаживать за благородной дамой.  Он...

Спорить тут бесполезно. Налицо типичная жертва средневекового пиа­ра.  Пиаром в то время занимались ме­нестрели, трубадуры, шпильманы,  ва­ганты и прочиеоборванцы,готовые восхвалять любого за кусок клеба и  плохо обглоданную кость. В своих балладах эти придворные гиены  идеа­лизировали, мягко говоря, тех, кто за­казывал им музыку.  Неудивительно, что героям их опусов не хватает раз­ве что крыльев, дабы  воспарить. Вот только при чем тут правда жизни?

На самом деле рыцари без страха и упрека занимались тем же, чем в  наше время занимаются пацаны в голдеичах - вульгарным рэкетом и  до­рожным разбоем. Схема была такова. За службу своему пахану (сеньору)  бригадир в латах, сколотивший более или менее приличную бригаду,  полу­чал долю (лен - земельный надел), на которой обладал всеми  феодальны­ми правами. Как-то - стричь локов (собирать налоги), решать  все по понятиям (производить суд) и иметь всех, кто под боком (обладать  правом первой ночи). Взамен же у него была единственная обязанность - по  сигндвору в полном вооружении и высту­пить в поход против другого  пахана. Случалось это не так уж часто. К тому же вопреки озвученному  рыцар­скому кодексу чести своих сюзеренов “верные им до гроба”  пацаны-васалы меняли регулярно. Достаточно было другому пахану пообещать  им золота или надел побольше и пожирнее. Короче: жадны рыцари были до  чрез­вычайности.

А как же благородные странству­ющие одиночки! - вскричит подко­ванная  рыцарелюбка. Да, были и оди­ночки. Ими становились те рыцари, кто  поставил не на того пахана и поте­рял лен. Эти благородные странники  сбивались в настоящие шайки - они занимались грабежом на большой  до­роге: устраивали посты на крупных торговых путяк, требуя от купцов,  го­рожан и прочих отстегнуть за проезд. Пытаясь как-то утихомирить эту  не­управляемую братву, церковь объяви­ла о своем покровительстве рыцарям  - так появились первые рыцарские ор­дена. Кстати, историки убеждены:  од­ной из причин крестовых походов ста­ла острая жизненная необходимость  убрать куда подальше всю эту неуп­равляемую шваль, заполонившую до­роги  Европы. 3а что церкви нужно сказать большое человеческое спаси­бо. Ведь  именно она сообразила, что всем кормящимся с меча и разбоя ну­жно  просто дать цель, пообещать зла­тые горы, прощение всех грехов - и,  ведомые жадностью, они сами с радо­стью уберутся в Палестины во имя  ос­вобождения Гроба Господня. После то­го одной из при­чин крестовых  походов ста­ла острая жизненная необходимость убрать куда подальше всю  эту неуправляемую шваль, заполонившую дороги Европы. За что церкви нужно  сказать большое человеческое спасибо.

Охота на Прекрасных дам

Где жили рыцари? Увы, большая часть - не в пышных замках, а в грязных  халупак. Жалких, напрочь лишенных какой бы то ни было поэзии. А что  касается замков... Для комфортного существования они подходили так же  хорошо, как хлев. Обороняться в них было удобно, но вот жить... Удобств -  ноль. Камином отапливалось всего одно помещение, в котором,  сгрудившись, и спали все обитатели замка. Туалета не было. С водой  перебои, так как стоял замок из соображений безопасности на горе, а  такой глубокий колодец не про­рыть. Посему хлебать приходилось дождевую  водицу. Нужду справлять - в горшок. А спать -стуча зубами в кровати с  балдахином. Балдахин имел практическое значение, в нем, как в палатке,  можно было надышать себе немного тепла.

Будни рыцарей в замке также бы­ли лишены поэзии напрочь. А все по  причине благородных занятий. Сего­дня их ожидала добыча, а завтра -  ин­валидность или могила. Посему жи­ли рыцари одним днем. Понятно, что  при таком образе жизни нравствен­ные воззрения были не на высоте. А как  же ухаживания, так длинно опи­санные в рыцарских романах и пока­дрово  отраженные в исторических блокбастерах?!

Они, как и прочие деалу сеньора прибыть с бригадой котали, - вранье.  Ну не было у братвы в латах времени разводить сантимен­ты, раздавать  комплименты и произ­носить пылкие признания. Посему всегда и везде  рыцарь завладевал да­мой силой, не прибегая к утонченным реверансам. Вот  встретилась рыцарю на пути прекрасная дама - непремен­но трахнет.  Причем всей шайкой, на краю дороги. Эта незавидная судьба грозила любой  женщине - коть про­столюдинке, хоть благородной даме, если она вышла за  ворота родной де­ревни или города без надежной воору­женной охраны.

Вот что пишет о гнусностях рыца­рей XV века один из средневековых  хронистов: “Много замужних жен­щин и девушек подверглись насилию как в  самом городе, так и за его чер­той. У одной беременной женщины вырвали  груди. Двенадцатилетнюю девочку растлили до смерти, изнаси­ловали даже  почти столетнюю стару­ху. Одну благородную даму так обы­скали, думая  найти у нее золото, что та от ужаса и стыда скончалась. На глазах у мужа  опозорили и увели же­ну и молоденькую дочку, а его самого убили..” Вот  это и есть настоящее ры­царское поведение. Без прикрас. Как ни печально,  но реальные 12 рыцарей Круглого стола не стали бы петь те­бе сонеты , а  разложили бы на этом са­мом столе и пустили по кругу.

Правда, бывали и благородные рыцари. Это те, которые соглашались  вернуть закваченную даму мужу или брату за выкуп. Благородство их  состояло в том, что они снижали на 20-40°/о обычную сумму выкупа -  скидка за то, что братва дамой уже успела попользоваться. Причем так  рыцари поступали с любой беззащитной женщиной. Даже с женами и дочерьми  своих же товарищей по ремеслу.

Не верю! - вторя Станиславскому, рявкнет на меня фанатка рыцарей.  Прохожик на большой дороге грабила всякая чернь. Тогда как рыцарь - это  такой мужчина... такой мужчина... Информирую: в эпоху раннего  Средневековья рыцарем мог стать люooтVi мужчина, владеющий оружием ii заручившийся одобрением другого рыцаря. Стоило смерду оказать  неоценn`t,r-ю услугу своему господину (причем не только на поле боя),  как он мог рассчитывать, что тот расчувствуется и сцелает широкий жест. А  именно: стукнет слугу мечом по плечу и произнесет фразу посвящения. И  все - свежеиспеченный рыцарь мог заказывать себе доспехи и сочинять  герб. Эпические песни просто изобилуют примерами, когда простолюдины -  крестьяне,лесники,свинопасы,торговцы, повара и даже привратники - были  посвящены в рыцари в награду за оказанные герою услуги.

Другой вопрос, что сам титул - рыцарь - не подкрепленный земельным  наделом, был чистой воды фикцией. Пшиком. Ну рыцарь. Ну дал тебе  господин меч, щит и доспех (что, кстати, необычайно щедрый подарок,  который по тем временам равнялся стоимости 45 коров), ну а жить на что?  Чем снискать хлеб насущный? Крестьян подневольных нету, земли нету,  замка нету и в ближайшей перспективе не предвидится. Выхода было два -  либо жить от щедрот своего сюзерена (что было не всегда возможно, потому  как широкие жесты они делали часто), либо выкодить на большую дорогу.  Именно этих бандюганов, у которых за душой не было ни гроша, и называли  странствующими рыцарями.

А тебя не спрашивали

Ну а теперь - о турнирах во славу Прекрасных дам. Вот это точно было.  Сходились рыцари на ристалищах друг с другом на полном скаку - грудь в  грудь. При этом у одного из бойцов на шлеме развевались перья того же  цвета, что платье или вуаль выбранной им дамы. Боже, как романтично...

Рыцарь сражается на турнире за даму, ему совершенно неизвестную, и  позволяет восторжествовать ее цветам, получая за это в награду любовь...  Утолив голод после сражения, он имеет полное право разделить ложе дамы и  на другое утро отправиться дальше.

Особенно если учесть, что теперь избранница просто обречена - вне  зависимости от ее желания и при любом исходе боя - на половой контакт с  победителем.

Как отмечает историк Эдуард Фукс в своем исследовании “История  нравов”, “культ дамы очень далек от идеализма. Достаточно вспомнить  всего об одном параграфе, о котором у нас имеются многократно  подтвержденные сведения. Рыцарь сражается на турнире за даму, ему  совершенно неизвестную, и позволяет восторжествовать ее цветам, получая  за это в награду любовь... Утолив голод после сражения, он имеет полное  право разделить ложе дамы и на другое утро отправиться дальше, как  неоднократно описано это у Вольфрама фон Эшенбаха...”
То есть дрались ради того, чтобы повыкобениватьсясреди себеподобных, взять от дамы положенное ипрощай, любовь.

Но посмотрим, что пишет Фукс дальше: “Куда более странно-смешным  является в наших глазах тот случай, когда рыцарь терпит поражение. В  таком случае он лишается своей награды. Но только он один уходит с  пустыми руками. Дама, за которую он сражался, всегда получает свое...  Ибо вместо рыцаря, который носил ее цвета, право на ее ложе и тело  получает теперь его победитель:

Вот так! Что, ты не хочешь? Не нравится он тебе? Тебе Вася нравится,  которого он из седла выбил? А кто тебя спрашивает! 3аконы рыцарства  превыше всего. Дрался за тебя? Дрался. Победил? Победил. В койку!  Готовься раскрыть ворота своей крепости.
Что касается чести, то  рыцари понимали ее своеобразно. Честь была, к примеру, запятнана, если  собрат по оружию во время покода лишил девственности больше девушек, да  еще имел наглость указать коллеге на этот факт. Такое оскорбление  смывали только кровью. Достоинство рыцаря было оскорблено опять же, если  он видел красивую бабу, оказывающую знаки внимания не ему, а другому  рыцарю. Тогда он немедленно обзывал соперника козлом (ну или бастардом,  или беспородным псом) и забивал ему стрелку на ближайшем рыцарском  турнире. Причем (см. выше) мнения дамы никто не спрашивал. Автоматом она  доставалась тому, кто побеждал на разборке.

Это чужие, возразит рыцарелюбка, нехорошие рыцари. А мой был бы  совсем другой. Благородный и справедливый. Из замка ни ногой. Только и  думал бы, как меня уберечь да благородных сыновей вырастить. Ну-ну.  Держи карман шире: это персонаж не той эпохи. Женатый рыцарь, может, и  меньше тряс плюмажем на турнирах за чужих Прекрасных дам, но зато он  ежедневно изменял собственной. Ведь в женской половине замка обитала не  только жена - хватало там всяких служанок-кухарок. Они и служили рыцарю  гаремом. С ними он необузданно отдыкал душой и телом от семьи.

Таково же было и отношение рыцаря ко всем, кто проживал на его  территории вокруг его замка. Помещик-рыцарь на полном законном основании  был вправе делать с женами и дочерьми своих вассалов все что хотел.  Ничто не могло ему помешать удовлетворить свою к ним страсть, и меньше  всего - законная супруга, дело которой - плодить рыцарю наследников  побольше (детская смертность была высока) и молчать в тряпочку. Эпохе  Средних веков вообще свойственно поразительно прагматичное отношение к  женщине. Крестьянам она была нужна, чтобы работала и плодила новые  рабочие руки. Рыцарям - для произведения на свет наследника. Тогда как  бастардов они плодили сами - сотнями, что понятно при таком количестве  половык контактов.

Посему забудь про образ величественнойкозяйки средневекового замка,  стоявшей по правую руку благородного сеньора. Прав у тебя не было  никакик Тогда как у твоего муженька - воз и маленькая тележка. В том  числе и право первой ночи, которым он пользовался с превеликим  удовольствием. Ты ему: “Куда, дорогой, на ночь глядя?” А он тебе: “Да  тут, понимаешь, в нашей деревухе вроде как свадьба, так я схожу, трахну  невесту, а ты, стало быть, распорядись, чтобы коня накормили”. И пошел.

На осмотр становись!

Кстати, с тобой он тоже мог делать все что захочет. В том числе  выставить напоказ друзьям. Ведь женами рыцари гордились не меньше, чем  своими скакунами. А посему в среде этих ребят было принято за чашей вина  прославлять анатомические особенности своих половин - это вполне  заменяло рыцарям коллективный просмотр порнухи. (Неудивительно, что  обычай продлился потом и на эпоху Ренессанса.)

Выглядело это примерно так:

- А у моей-то, у моей, сэр Кэй, цвет кожи какой, знаете?

- Какой? - интересовался сэр Кэй.

- Как первый снег. Нет, даже не снег. Похож, понимаете, на слоновую кость с розовым налетом, словно у персика.

- Да не может быть!

- Да в натуре! А буфера-то, ну, в смысле, эти... груди...

Тут уже заинтересовывалась вся братва.

В средние века проститутки расценивались обществом как... лучшая  защита брака. Такой подход к проституции разделяла целиком и полностью  церковь, видя в борделях едва ли не единственную возможность сдержать  звериные порывы сексуально озабоченной паствы.

- Ну, такие, - водил в воздухе руками твой благоверный, - во! Он  хватал со стола фрукты и тыкал в лицо собутыльникам. - Покожи на большие  яблоки, украшенные спелыми вишнями. При этом, клянусь всеми святыми,  твердые, как мрамор, и упругие, будто слива. А бедра у нее, - тут он  разводил руками на манер рыбака, гордого уловом, - как бабки у моего  коня. Ягодицы же - божественные полушария, сулящие высшее блаженство.

Ну и так далее... Не обходя самых интимных подробностей, типа  пикантной родинки на интимном месте и совершенно чудесной и особенной  формы твоих половых губ.

Что, не впечатлило? Мол, ничего особенного - и поныне мужчины склонны  точить лясы на тему женщин, делясь друг с другом интимно наболевшим.  Возможно! Но современные мужчины не тащат при этом друзей к тебе в  спальню. Тогда как у рыцарей сие было обычным делом. Когда устная  эротика с тобой в главной роли достигала за застольем своего апогея,  гостеприимный рассказчик, стремясь вконец поразить воображение корешей,  выбирался на полусогнутых из-за стола и приглашал всех сэров следовать  за собой, дабы они воочию убедились, что он ничуть не преувеличил,  описывая тебя, как секс-бомбу
всей округи.

И вот представь. Лежишь ты под своим балдахином и сладко дремлешь.  Вдруг вваливается пьяный муж-рыцарь с друзьями (некоторых ты видишь  впервые), срывает с тебя одеяло, задирает ночную рубашку и начинает  демонстрировать во всех деталях друзьям.

- Ну как? Яблоки? Дыни? А оно и пожалуй. Ну, так даже и лучше. А  острия грудей каковы! А ты не дрыгайся. Братве не видно. Ну - хороша?  Во! А сзади? А лобок? Вылитый осенний лист. Ладно, пошли, я еще  коллекцию мечей покажу. А ты спи, милая, спи. Мы посидим и попозже,  может, еще зайдем...

Раз - и в люлю,а остальное разврат!

Под утро он вламывается к тебе в спальню. К счастью, уже без пацанов.  Те благополучно перепились и заснули под столом в рыцарском зале.  Несмотря на то, что и твоего ноги держат плохо, он полон любви и  страсти. Прямо на входе он расстегивает на штанах внушительных размеров  гульфик с бантиком (модная в то время деталь мужского туалета,  призванная с помощью набитой в нее ткани и ваты подчеркнуть мужское  достоинство), падает на четвереньки и, страстно мыча, медленно, но верно  ползет к брачному ложу, готовясь во что бы то ни стало исполнить  супружеский долг.

Тебя, конечно, интересует, что под гульфиком. Увы... О размерах я  лучше умолчу. Не кочу расстраивать. Скажу лишь, что в сравнении с  членами современных мужчин рыцарские пенисы не выдерживают никакой  конкуренции. Мы - половые акселераты. Это исторический факт. Древнейшие  из сокранившихся до наших дней кондомов (датированные, кстати, более  поздним периодом - 1640 годом) не налезли бы и современному 12-летнему  подростку.

Остается утешать себя тем, что размер не главное. Главное - умение.  Но и тут я тебя разочарую. Можешь забыть об утонченной эротической игре в  постели и разнообразии сексуальных приемов. Крепости рыцари брали  просто. Без прелюдий. Плюнул на руку, смочил ворота крепости, взломал,  заснул. Все!

Сексуальный арсенал был поразительно убог. Во-первых, потому что  рыцари, играющие в обществе первую скрипку, привыкли думать только о  себе. Сексуальная удовлетворенность дамы их не интересовала. Во-вторых,  потому что, как всякие беспредельщики, они были ужасно набожны и  религиозны. А церковь в ту пору строго регламентировала все допустимые и  категорически недопустимые сексуальные позиции.

На какое разнообразие ты могла рассчитывать, если единственно  правильной и верной позицией церковь объявляла миссионерскую: женщина на  спине, мужчина сверху. Все остальное - от беса. “Камасутра” эта  подчеркивала принцип тогдашнего мироустройства - доминирование мужчины  над женщиной как в общественной жизни, так и в постели. Сзади он тоже  тебя взять не мог. Это расценивалось церковью как скотский блуд,  подражание животным.

Позиция женщины сверку вообще была невозможна. Столь популярная и  просто обожаемая Голливудом поза всадницы считалась не просто грехом, а  великим грехом. Вызовом образу божию и всему божественному  мироустройству (см. выше). Наказывалась она трехлетним покаянием,  сопровождаемым многочисленными ежедневными молитвами и земными  поклонами.

Даже глубокий поцелуй с проникновением языка наказывался 12 днями  поста. Что уж говорить про фелляцию и куннилингус - три года поста!  Наказание почти столь же суровое, как за прелюбодеяние или  кровосмешение. Всего один минет - и будешь сидеть три года на диете.
Об анальном сексе уже не говорю. Такое не замаливалось ничем и каралось отлучением от церкви.

Кроме того, в Средние века бытовало мнение, что дети, зачатые в  неестественной позе, будут иметь врожденные физические дефекты. Об этом  на полном серьезе сообщалось в трактате Альберта Великого De Secretis Mulierum (”Женские тайны”), датированном XIII веком.

Ты, конечно, спросишь, а кто держал свечку? Мол, откуда поп мог  знать, что у вас и как было? А все очень просто. И твой муженек, да и ты  сама, взращенная с детства в страке перед божьим судом и геенной  огненной, на исповеди добровольно выложите, как на дуку, что делали в  постели. Во всех подробностях. Священник же еще и допрос с пристрастием  устроиr. мол, кто был инициатором,сколько раз практиковалась греховная  позиция, понравилось - не понравилось. И затем выносил вердикт:что  делать,чтобы очиститься перед господом. Молодым парам мог сделать и  снисхождение. Скажем, вместо трех лет поста - два года. И идите с  миром...

Другой вопрос, что все недоступные с тобой (законной супругой -  матерью его детей) утехи и позиции твой муженек, будь он рыцарь, бюргер  или сиволапый крестьянин, мог в любой момент получить за городской  чертой, где процветали дома терпимости. И ты его поход по блядям должна  была только приветствовать. Ведь по уму гуляет. Там, где положено. А не  как кобель какой.

Дело в том, что в Средние века проститутки и бордели расценивались  обществом как... лучшая защита брака и девичьей чести. Проще говоря,  публичный дом стоял на страже морали и семейных ценностей. На практике  это сводилось к тому, что если твой спускает пар с проституткоiг, а не с  порядочной горожанкой, да при этом еще и никого не берет силком в  подворотне, а после борделя сразу домой - к жене и детям, то он у тебя  просто золото.

Самое интересное, что такой подход к проституции разделяла целиком и  полностью церковь, видя в борделях едва ли не единственную возможность  сдержать звериные порывы сексуально озабоченной паствы. В частности,  авторитетнейший раннехристианский мыслитель Августин Блаженный в одном  из своик размышлений глубокомысленно отмечает: “Избавьтесь от публичных  девок, и сила страстей уничтожит все”.

(О том, каково жилось в рыцарские времена крестьянкам, горожанкам и монахиням, читайте в следующем номере.)

Отсканировано из журнала “ЛИЛИТ”.

Источник: http://www.liveinternet.ru/users/lottus/post16708278/

Разместил(а): Администратор 26/02/2011 в 21:08

Тэги по теме: нет..
• Российские новости  • Государство и общество  • Религия 
• (1) комментариев  • (7687) просмотров  • постоянная ссылка
печать | печать комментариев
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Чтение Библии – первый шаг к отступничеству и нарушению закона?

Предыдущая запись: Ирина Ермакова: «Трансгены страшнее атомной бомбы»

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться