Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Почему верующие люди отказываются помогать

Четверг, 19 Сен. 2013

О некотором феномене, когда «неверующие» оказываются если не добрее «верующих», то отзывчивее на помощь.

Я хотел бы поговорить о некотором феномене, когда «неверующие» оказываются если не добрее «верующих», то отзывчивее на помощь.

Начнем, как положено, с терминологии. В этом тексте «верующими» я буду называть строго воцерковленных православных христиан – способных без Википедии объяснить, что такое проскомидия, без шпаргалки и с полным согласием прочитать Никео-Цареградский Символ Веры и молитву Ангелу-Хранителю, понимающих, зачем они причащаются и осознанно выбирающих частоту этого действия, а также стремящихся исполнять нравственные и аскетические правила, заведенные в Русской Православной Церкви.

Под «неверующими» - всех остальных российских жителей, исключая исчезающие малые величины вроде христиан неправославных деноминаций, иудеев и буддистов, а также мусульман, о внутреннем мире и жизненных приоритетах которых я имею довольно смутное представление. В «неверующие» попадают также и те, кого в Греции зовут «православный на колесах», то есть тот, кто в Церковь не ходит, а приезжает трижды в жизни – на собственные крещение, свадьбу и отпевание.

Так вот, я хотел бы поговорить о некотором феномене, о ситуации, когда «неверующие» оказываются если не добрее «верующих», то отзывчивее на помощь. Разумеется, саму по себе доброту измерить невозможно (кто считает иначе, пусть перечитает историю про вдову и две лепты), но из некоторых наблюдений вполне можно вывести тенденции.

Начнем с частностей. Одна моя знакомая верующая воцерковленная семья усыновила ребенка с серьезной инвалидностью. И когда об этом стало известно в кругу общения этих хороших людей, то их неверующие друзья только что в очередь не становились – привезти специальные девайсы для детей с таким типом инвалидности, помочь деньгами, подготовить дом к появлению человека с особыми потребностями и так далее. Верующие же друзья и знакомые такого рвения не проявляли, ограничившись произнесением дежурных слов «молодцы», «поздравляем» и т.п.

Впрочем, можно предположить, что этой конкретной семье просто не повезло с окружением.

Другой пример, более общий – это история о том, с чего началась история «Анархосиндиката Тугеза», самого известного неформального волонтерского движения в стране. А началась она с того, что на портале dirty.ru была рассказана история начальника полузаброшенной вертолетной площадки, который много лет чистил давно никому не нужную взлетно-посадочную полосу в глухой тайге и тем дал возможность посадить терпящий бедствие самолет с семьюдесятью пассажирами на борту. Читатели портала восхитились этим поступком и решили сброситься мужику на снегоход. Операция прошла успешно и вездеход для героя был куплен и вручен. После чего люди продолжили свою деятельность уже на постоянной основе, совершая волонтерские и благотворительные дела регулярно, превратившись в самое известное из неформальных движений такого рода, постоянно проводящее мероприятия, ярмарки, сборы средств и так далее.

Но надо иметь в виду, что такое dirty. Это сетевая площадка, на которой верующих в лучшем случае терпят. Заявить себя открыто как православного, а тем паче церковного человека в полемике, чревато массой неприятных подколок, суть которых сводится к тому, что верующий – синоним дурака или просто не очень честного человека. Однако Тугеза сформировалась именно там, а не где-то еще. В Церкви тоже случались такого рода стихийные благотворительно-волонтерские проекты – скажем, форум о.Андрея Кураева сумел родить фонд, но на фоне светских инициатив церковные выглядят довольно бледно.

Вот есть, например, Некоммерческое партнерство «Все Вместе». В нем состоит тридцать шесть отдельных благотворительных организаций. Все они собирают частные пожертвования, кто как умеет. У них разная направленность, разные ресурсы, но одно можно сказать точно: фонды, ориентированные на верующую аудиторию, отнюдь не являются лидерами отрасли. При всех своих успехах «Предание» отстает по сборам от ориентированного на аудиторию интернет-СМИ «Помоги.орг», а православный благотворительный фонд «София» - от «Созидания».

Все самые крупные благотворительные фонды – светские. Всей мощи благотворительной деятельности Церкви не хватит, чтобы догнать «Российский фонд Помощи» или «Подари Жизнь». Хотя на стороне Церкви и исторический авторитет, разветвленная по всей стране сеть филиалов, поддержка, как минимум политическая, государственных структур и даже возможность не только попросить о милости, но и пригрозить грядущим адом, каковой возможности светские организации начисто лишены. Это не значит, что жертвователи этих фондов – сплошь неверующие. В том, как эти фонды обращаются к своей аудитории ничего специфически «для православных» нет. Попросту говоря, они не обращаются «Христа ради», не вывешивают плакатов в храмах, об их сборах не рассказывают священники на проповедях. Но в тоже время, если посмотреть на цифры: на помощь Крымску Церковь собрала около 50 миллионов, а светский Красный Крест – почти миллиард.

Конечно, у подобных явлений есть и чисто внешние причины, фактические. Скажем, верующих (о терминах мы договорились выше) в стране все же крайне немного, и потому выхлоп от их деятельности меньше. Это стоит учитывать, однако нельзя не отметить, что Церковь не смогла внушить достаточно доверия к себе как к благотворительной организации даже и тем 60% населения, которые при опросах называют себя православными. Россияне предпочитают помогать через иные организации.

Отчего так происходит. Подумав, я нашел несколько причин.

Верующие, в отличие от неверующих, значительно менее эмоциональны, а в России принято помогать именно под влиянием эмоций, иная помощь представляется корыстным, неправильным действием. Но верующих как раз учат в Церкви держать свои эмоции в узде, постоянно контролировать внутренние движения и оценивать их на предмет их правильности. Православные все как один наизусть знают, что творящему дела милосердия угрожает опасность возгордиться и затщеславиться, а потому порою могут и остановить руку помощи, ограничившись молитвой. Наставления святых о том, что добро, совершенное с неправильной мотивацией, – хуже зла, можно цитировать долго и скрупулезно.

Верующие и неверующие живут в разных мирах, у них разные основополагающие понятия, в том числе – понятия о добре и зле. Они совпадают на неглубоком уровне (и те, и другие, согласны, что воровать плохо, а больного надо лечить), но различаются на уровне определений. Для неверующего в конечном счете синонимом зла является вред, в перовую очередь – вред материальный. Для верующего добром является Бог и то, что от Него – и вред может быть такого рода добром. Поэтому для верующего легче примириться с несовершенством мира, легче принять его печальные факты. Неверующий как правило полагает (в обыденной жизни), что хуже смерти ничего не бывает – и в случае столкновения со смертью начинает активно противодействовать. Неверующий, узнавший, что ребенок умирает, не сможет, в отличие от верующего, успокоить себя мыслями о том, что в этом есть некий высший смысл и ребенок после смерти окажется в раю. В то время как верующий может и успокоиться на такого рода рассуждениях. Как писал преподобный Амвросий Оптинский – «Хорошо помочь и погоревшим, но тут одна лишь скорбь, по большей части приносящая пользу людям, для какой причины пожар и попускается от провидения свыше; но стократно выше то, если сохранить или дать возможность сохраниться многим от явного душевного вреда». Верующие помнят, что скорбь может приносить пользу людям – и не всегда спешат их от этой скорби избавить.

Верующие вообще привычнее к смерти и горю – когда недавно умер Анатолий Данилов, основатель самого посещаемого православного сайта «Православие и Мир», то одной из реакций среди общего горя было и напоминание о том, что вообще-то мир есть место довольно печальное и многодетные в провинции голодают, но о них почему-то не плачется никто. И это не есть реакция человека бездушного, а просто честно исполняющего аскетическую заповедь – «помнить о смерти». Когда что собственные, что чужие смерть и страдания воспринимаются как нечто привычное и отчасти «нормальное», то и стремления перебороть их значительно ниже. Это позволяет, конечно, не теряться в острой ситуации, но и отзывчивость, особенно как чисто эмоциональная реакция, становится сильно меньше.

Именно поэтому в православной среде я встречал самые жесткие, принципиальные варианты позиции «помогать не нужно». Например, недавно был объявлен сбор средств для Насти Терлецкой – и, хотя сбор велся тремя православными приходами, его противниками стали именно верующие, заявившие, что сбор средств с благотворительным праздником – это пиар и фарисейство, а надо собственно, молиться за Настю и более ничего. Конечно, и в среде антицерковной есть категорические противники благотворительности – социал-дарвинисты или те, чей нежный вкус оскорбляют грубые просьбы разговоры о смерти и страданиях, но их все же не очень много и они отчетливо осуждаются даже большинством светского же общества. В то время как группа принципиально «неподающих» в Церкви заметнее и смотрится значительно более дико. Тем более, что за ними стоит и некоторая традиция, высказанная, например, святым Игнатием Брянчаниновым: «Нет никакого согласия между Евангельским добром и добром падшего человеческого естества. Добро нашего падшего естества перемешано со злом, а потому и само это добро сделалось злом, как делается ядом вкусная и здоровая пища, когда перемешают ее с ядом. Хранись делать добро падшего естества! Делая это добро, разовьешь свое падение, разовьешь в себе самомнение и гордость, достигнешь ближайшего сходства с демонами».

Верующие при этом живут в мире куда более заполненном болью и страданием, нежели неверующие, не только по своим внутренним ориентирам, но и просто фактически. В российском светском, то есть нецерковном, мире вообще не очень принято просить о помощи кого бы то ни было. Можно ругаться, и добиваться положенного по праву, можно хитростью или силой отнимать чужое, но вот нарушать полууголовную заповедь «не верь, не бойся, не проси» большинство населения не решается даже в весьма тяжелых ситуациях. А вот верующие в курсе, что просить – это не стыдно. Вся их жизнь заполнена бесконечными «дай», обращенными к Богу, и «подайте, Христа ради» от братьев по вере. Потому они просто привычнее – если неверующего ситуация, когда некто умоляет о помощи, есть явление экстраординарное, то для верующего оно привычно, как полдень. Как, надо сказать, и обман со стороны просителей, ибо всякому, кто всерьез верит, случалось просить Бога о помощи, получить помощь, а после не исполнить собственных обетов.

Как ни странно, все это ничего не говорит о том, что неверующие добрее верующих. Это говорит о том, что они менее рефлексивны и их концепции добра и зла более просты, а оттого сильнее мотивируют на конкретные действия – но не более того. Можно даже предположить, что представление верующих о благе ближнего глубже – ибо верующему, в отличие от неверующего, творить благо заповедано Богом, и он не может просто так заповедь игнорировать, а вынужден либо оправдывать ее неисполнение, либо каяться в нем. В Церкви невозможен Тема Лебедев с его матерными рассуждениями об онкологических больных, или Александр Никонов, предлагающий убивать детей с врожденными нарушениями развития.

И еще одну вещь в качестве финала упомянуть следует. Я работаю в благотворительности уже пятый год. Я постоянно общаюсь с руководством, сотрудниками и волонтерами фондов. Так вот, среди них я не помню ни одного сознательного атеиста, а большинство так или иначе имеют некоторую осознанную религиозную позицию. Слова «Рождество» и «Пасха» для благотворительного сообщества – не пустой звук и не синоним слова «напьемся», а воспоминания о событиях из жизни весьма важного для них Человека.

Я не знаю, о чем это говорит. Но этот факт меня, несомненно, радует.

Владимир БЕРХИН

Источник: http://www.miloserdie.ru/index.php?ss=20&s=36&id=20159&fb_action_ids=10202103949259899&fb_action_types=og.recommends&fb_source=o
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Чипсы лишают детей ума

Предыдущая запись: “Внутри церкви не осталось соборности”

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться