Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Глобальная финэлита и валютные войны (Часть 5)

Среда, 17 Июл. 2013

Исторические параллели. Как сделать «предложение, от которого не смогут отказаться». Масштабы будущего кризиса будут столь серьезными, что нельзя исключить, что многие страны вообще будут вычеркнуты из мирового товарооборота, поскольку их специализация станет совершенно неактуальной (в первую очередь это касается «финансовых центров).

Сегодня монетарные власти глобальных институтов и министры финансов всех стран в спешном порядке сдувают пыль с экономических учебников, посвящённых этой теме, чтобы найти решение выхода из глобального финансового тупика.

Что они там увидят

Естественно, что каждый будет искать ответы на решение своих проблем и руководствоваться своими интересами. Так мы уже разбирали, что в послевоенных условиях, когда Британия оказалась фактически разоренной, задачей Кейнса стало сохранение Лондона в качестве глобального финансового центра с помощью создания Международной системы клиринга (расчета) неконвертируемых валют, не позволявшей ни одной валюте стать резервной. Очевидно, что за основу решения им бралась специфичная система расчетов Банка Англии с клиринговыми банками. Но в условиях, когда США нажились на Мировых войнах, к 1947 г. получив до 70% всего мирового золота, а ВВП превысил 50% от общемирового, серьезного сопротивления планам финолигархии США никто оказать не мог.

Бреттон-Вудская система, заложившая основу долларовой гегемонии является плодом целенаправленных усилий. Она не сложилась в ходе естественного развития событий, как, например, золотой стандарт или ямайская система. Послевоенные валютные соглашения явились результатом победы финолигархии США. Но основы Novus Ordo Seclorum начали разрабатываться задолго до этого, в том числе в рамках Лиги Наций. Но в 1930-е ее политический авторитет был подорван как Мюнхенскими соглашениями, так и действиями стран-членов фашистской коалиции, а экономический - провалом лондонской всемирной конференции в 1933 г., где представители ЦБ не смогли прийти ни к одному соглашению[1]. Экономическо-финансовая организация при Лиге Наций в 1937 г. приняла решение инициировать обсуждение будущей международной валютной системы. Ну, а что чтобы подтолкнуть политкуум к единому решению, выгодному финолигархии, был поддожен фитиль Второй Мировой. Так были «сделаны предложения, от которых они уже не смогли отказаться».

Попытка трезвой оценки

В военное время оценка процесса не стояла на месте. Итоги ее работы были подведены в двух сборниках - «Международный валютный опыт: уроки межвоенного периода» и «Экономическая стабильность в послевоенном мире». Непосредственное влияние на проект Бреттон-Вуда оказал Рагнар Нурксе.

Он родился в Эстонии, в 1928 году вместе с семьей эмигрировал в Канаду. Стажируясь в Вене, познакомился с ведущими фигурантами австрийской школы экономики. Заняв пост в финансовом отделе Лиги Наций, Нурксе переехал в Женеву, а с началом Второй Мировой -  в Принстон, где вошел в состав исследовательской команды с  Маркусом Флемингом и Жаком Полаком (впоследствии станут топ-чиновниками МФВ, а Нурксе возглавил Принстонский университет).

Непосредственной задачей Нурксе было изучение международного опыта и формулировка принципов будущей валютной системы. По результатам работы он пришел к нескольким выводам:

  • причинами экономической нестабильности в 1920-е годы стали повсеместные девальвации национальных валют, проводившиеся для стимулирования внутреннего рынка, но повлекшие лавины атак валютных спекулянтов. Девальвации способствовали «кумулятивному процессу бегства капитала»;
  • стабилизация валютных курсов в межвоенное время проходила на необоснованных уровнях, вызвавшие переток спекулятивных капиталов, подорвавший устойчивость международной валютной системы;
  • денежные власти ведущих стран не озаботились проблемой координации денежно-кредитной политики для поддержания валютных курсов, что объяснялось конкуренцией ЦБ и действиями международных спекулянтов;
  • ЦБ с помощью конкурентных девальваций придерживались политики «разори соседа», направляя политику на достижение внутренних экономических целей, но ухудшение условий внешнеторговых партнеров бумерангом отзывается для национального рынка;
  • частые корректировки валютных курсов разрушили мировую систему торговли. Поэтому восстановление международного доверия является важнейшей предпосылкой прекращения торговых войн и восстановления международного доверия.

Подведя итоги, Нурксе сформулировал два тезиса, заложивших фундамент Бреттон-Вудской системы. Во-первых, фиксация валютных курсов на этапе создания международной валютной системы должна проводиться на основе совместных консультаций и соглашений. Во-вторых, корректировку фиксации необходимо осуществлять настолько редко, насколько это возможно.

Экономические круги всецело поддержали идеи Нурксе.

К 1944 г. в Бреттон-Вудсе был зафиксирован макроэкономический фундамент международной валютной системы на основе фиксированных курсов, оставалось определить ее институциональную структуру и порядок выравнивания платежных дисбалансов. Для решения этих задач в США, Канаде и Великобритании разрабатывались национальные планы послевоенной валютной системы. Главная конкурентная борьба развернулась между британским проектом Джона Мейнард Кейнса  и проектом Гарри Декстера Уайта из Казначейства США.

А ведь могло бы получится…

В основе современного кризиса легла проблема, упомянутая, но так и не решённая в Бреттон-Вуде. Речь идет о предложении Кейнса, который как «бухгалтер глобального банка» предлагал выровнять дисбаланс мировой торговли.

Для этого он, во-первых, предложил ввести универсальную международную расчетную денежную единицу – банкор, курс которого будет устанавливаться по отношению к золоту, - в котором можно было бы измерять дефицит и профицит внешнеторгового баланса той или иной страны. Каждое государство член союза имеет квоту, пропорциональную его внешней торговле и предел овердрафта, сверх которого оно не могло бы иметь долгов по отношению к клиринговому союзу.

Банкор не должен был конвертироваться в золото или другую мировую валюту, поэтому дебетовые сальдо не могут изыматься их владельцами в качестве самостоятельной денежной ценности. Для того чтобы обеспечить работоспособность системы, страны — члены союза должны были иметь мощный стимул к тому, чтобы рассчитаться по всем банкоровым счетам к концу года, чтобы не иметь ни задолженности, ни профицита. Для выравнивания дисбалансов Кейнс полагал, что страна, дебетовое (отрицательное) сальдо которой превышает четверть ее квоты, должна платить проценты за пользование счетом и провести девальвацию (примерно на 5%). Если дебетовое сальдо превышает половину квоты, клиринговый союз может потребовать от страны выплаты золотом, а также более значительной девальвации ее валюты.

Но наиболее интересной была вторая часть его предложения – согласно которой под аналогичным давлением были и страны, имеющие профицит внешнеторгового баланса сверх установленных квот. Если страна к концу года имеет профицит величиной более половины от предельной величины овердрафта, она также должна оплатить сбор за пользование счетом, провести ревальвацию своей валюты и стимулировать вывоз капитала. Если к концу года профицит превышает установленную предельную величину, избыток конфискуется. Таким образом, страны с большим положительным сальдо имели бы большой стимул избавляться от него, тем самым автоматически покрывая отрицательное сальдо других стран.

Расчеты предполагалось производить через Международную клириговую палату (созданную по аналогии с Лондонской клиринговой палатой).

По достоинству оценив идеи Сильвио Гезелля, британский экономист предположил, что этими «сборами» богатые нации должны были побуждаться постоянно распределять свою прибыль от торговых операций в пользу тех бедных и промышленно неразвитых аграрных стран, продукцию которых они импортируют и/или которым они дают дешевые кредиты на развитие. План Кейнса, основанный на синтезе прудоновского «Обменного банка» и гезелловских денег с убывающей покупательной способностью, был изложен в трудах, публиковавшихся с 1942 по 1943 год, что вызвало у общественности настоящий взрыв умов. «Это  было поистине революционным» - писал Вильгельм Ханкель. Ему вторил Лайонел Роббинс - «трудно преувеличить возбуждающее действие, оказанное на ход мысли людей в соответствующих органах власти... ничего столь же интересного и амбициозного не обсуждали никогда». Экономисты всего мира вдруг поняли — «Кейнс сделал это».

Каким гениальным ни был план

послевоенной валютной системы Джона Кейнса, ему не суждено было воплотиться в жизнь. Мир упустил тот малый шанс, который позволил бы изменить ландшафт мировой финансовой архитектуры. Бреттон-Вудская система выстроилась вокруг Международного валютного фонда, чей план был предложен Казначейством США.

Эта система строилась вокруг проекта стабилизационного фонда, чей аналог уже действовал в Штатах. Exchange Stabilization Fund был создан в 1934 г. в соответствии с законом о золотом резерве и свои первые средства получил за счет тотальной конфискации золота по заниженной цене у населения США с последующей девальвацией доллара и переоценкой золотого запаса. Как полагал банковский комитет Конгресса США, американский Фонд «защитит доллар и наши золотые резервы от неприятельских действий аналогичных фондов конкурирующих наций». Под «фондом конкурирующей нации» подразумевался британский Фонд выравнивания (Exchange Equalization Fund), организованный в 1932 году. Стабилизационные фонды в Бельгии, Швейцарии и Нидерландах были созданы несколько позже, но в результате Второй Мировой все золото перекочевало в подвалы ФРС США.

Финолигархия, собрав мощный ресурс, на нем решила и заработать. Теперь краткосрочность ссуд МВФ не устраивала американцев, поэтому они включили в проект Международный банк реконструкции и развития. Он должен был предоставлять долгосрочные ссуды, но только в тех случаях, когда частные инвестиции невозможно привлечь. Предполагалось, что для компенсации кредитного риска все ссуды будут иметь обеспечение в золоте или серебре.

Эти предложения были не более чем версией золотого стандарта. Фактически же намерения американцев полностью шли вразрез с британскими интересами. Финолигархия США располагала огромным золотым резервом (помимо экспроприации золота у собственного населения, в результате двух Мировых войн к 1944 году они получили  50% от общемирового запаса 50%, а к 1947 – все 70%). Организация клирингового союза подразумевала проведение нетто-расчетов, что, по выражению Кейнса, соответствовало «принципу банковской деятельности» (banking principle). В то время как стабилизационный фонд с его общей кассой и брутто-расчетами британский экономист иронично назвал «принципом накопителя» (cloak room principle).

Тем не менее, Кейнсу пришлось согласиться с американским проектом. Уже в мае 1943 г., выступая перед палатой лордов, он однозначно дал понять, что согласен идти на компромисс со Штатами, понимая, что в случае разногласий и противоборства двух сторон они рискуют остаться вообще без плана. Кейнс во главе британской делегации провел серию переговоров с командой  Уайта, на которых американский проект переписывался несколько десятков раз. В конечном счете представители Британии согласились с планом Уайта, внеся в него ряд существенных корректив: Фонд должен выступать пассивным игроком валютного рынка, ему запрещено оперировать национальными валютами и проводить фидуциарную эмиссию международной денежной единицы, которая должна иметь обеспечение; уставной капитал Фонда должен состоять только на 12.5% из золота, а остальная часть оплачивается долговыми ценными бумагами правительств; Фонду необходимо гораздо больше ресурсов по сравнению с первоначальным американским предложением; страны смогут изменять фиксированные курсы, однако следует разработать объективные правила, по которым будут осуществляться девальвации и ревальвации.

Окончательная редакция проекта валютной системы была вынесена на обсуждение валютной и финансовой конференцией Объединенных Наций, хотя самой ООН формально еще не существовало. Конференция состоялась 1 -22 июля 1944 г. в курортном местечке Бреттон-Вудс американского штата Нью-Хэмпшир. В собрании приняло участие 730 представителей из 44 стран. Все страны, участвовавшие в конференции, включая СССР, подписали заключительный акт 22 июля, из них 29 стран впоследствии ратифицировали статьи Устава МВФ. Советский Союз благоразумно отказался утвердить этот вариант и начал создавать альтернативную систему расчетов.

Бреттон-Вудскую конференцию завершило подписание «Совместного заявления экспертов об учреждении Международного валютного фонда». Оно включало соглашение о валютном контроле на переходный период и декларацию о принципах функционирования Фонда: цели и политика, порядок фиксации и изменения валютных курсов, а также погашение дефицита валютных резервов. Резервными активами предполагалось сделать доллар.

Так «огород поставили сторожить козла». Частная система ФРС США не справилась со своей функцией начав неуемную долларовую эмиссию, что не позволило им удержать взятые на себя обменные обязательства  зафиксированные на уровне $35 за унцию. Дефолт США объявили в 1971 году, после чего цена на золото взлетела в 25 раз, но доллар все равно остался резервной валютой, поскольку финолигархия уже набрала такое влияние, что противится ей уже никто не мог, а альтернативный идеалистичский проект был сдан совкноменклатурой ради собственных социально-экономических гарантий, перейдя к созданию «социалистического империализма».

Так экономика окончательно превратилась в «продажную девку империализма», а в «пролиберальном капитализме» начался «звездный час монетаризма». Сразу вспомнили того кто выступал против идее фиксации валютных курсов в 1944 году. Им бы Готфрид фон Хаберлер, так же в довоенное время работавший на Лигу Наций, занимаясь разработкой теорий экономических циклов и международной торговли. По его версии «лишь плавающие валютные курсы препятствуют проникновению международных кризисов на внутренний рынок». Звездный час Хаберлера наступит вместе с «шарлатаном от монетаризма»  Милтоном Фридманом.

Мы не будем подробно разбирать все натяжки и домыслы монетаризма, поскольку делали это уже не раз. Лишь отметим, как -

Крысы бегут с тонущего корабля

Так Роберт Манделл, ученик М.Флеминга и «отец неолиберализма», лауреат Нобелевской премии по экономике (1999) «за анализ денежной и фискальной политики в рамках различных режимов валютного курса и оптимальных валютных зон» в открытых экономиках, чьи работы стали теоретической основой неолиберализма, а учебники используют название «модель Манделла – Флеминга» для идеальной модели открытых экономик нескольких малых стран,  публично отрекся от основ неолиберализма в недавнем интервью The Wall Street Journal.

Среди банальностей, типа «в условиях возникновения угрозы хаоса на мировом валютном рынке необходимо созвать международную конференцию для подготовки реформы мировой финансовой системы» и необыкновенно мудрых замечаний, типа «вместе с США в этом важном форуме должны участвовать европейцы, а также страны с новыми рынками», поскольку «уже невозможно создать монетарную систему, в которой американский доллар сохранил бы свои позиции ключевой мировой резервной валюты», было произнесено самое интересное.

Теперь Манделл считает, что «мировую экономику можно оздоровить за счет фиксации обменных курсов валют». При этом, по его мнению, в центре новой системы должно находиться соотношение американской и единой европейской валюты. Здесь очень любопытно, как будет проведено это соотношение – явно, что американцы (со своим чудовищным долговым навесом) постараются нажиться за счет других стран, в том числе европейцев (у которых, впрочем, долгов тоже вполне хватает). При этом не понятно, как можно «фиксировать валютные курсы» – когда падение спроса еще только началось. Кроме того, многие страны будут активно протестовать против принимаемых соотношений, поскольку они будут сильно ударять по национальным экономикам. Кто будет действительно платить за эти удовольствия – так это центры мирового производства - Китай, Япония, Юж. Корея и экспортеры сырья.

Кроме того,  с учетом гипотезы  Манделла-Флеминга  «о невозможной троице», в открытой экономике одновременно невозможно достичь одновременно трех позиций: во-первых, фиксированного обменного курса; во-вторых, свободного движения капитала; в-третьих, независимой денежной политики

Таким образом, при фиксированном курсе теряется либо независимая денежная политика, либо свободное движение капитала. Кроме того, фактически он предполагает, что США будет необходимо создавать резервы валюты других стран (или международной валюты). Что для расточительной потребительской экономики Штатов просто невозможно. Вариант перехода экономики США на «закрытую» невозможен по той же причине.

При этом Роберт Зеллик, 11-й Президент Всемирного Банка  - одной из структур, созданных в рамках Бреттон-Вудских соглашений, совместно с МВФ и ВТО (ГАТТ) - в своей колонке в Financial Times уже выступил за возвращение мировой валютной системы к усовершенствованной форме золотого стандарта, которая придет на смену действующей модели «постбреттон-вудских» соглашений, основанных на плавающих валютных курсов, не привязанных к стоимости золота, принятой в мире после дефолта США в 1971 году.

Давление в финансовом котле растет с каждым днем

Когда министр финансов США Т. Гайтнер порекомендовал странам G20 «прекратить манипуляции своими валютами», было абсолютно понятно, что это было очередное требование США ревальвировать юань, чтобы сократить профицит внешней торговли Китая. Но, как говорится, «чья бы корова мычала» - в данный момент США опускают доллар 600 млрд. эмиссией, а жесткая связка юаня просто не позволяет Штатам «снять сливки».

Действия США последовал незамедлительный отпор. Сначала министр финансов Бразилии Гуидо Мантега призвал бороться с валютными манипуляциями ФРС: «МВФ должен придумать методику расчета, которая поможет определить, курсы каких валют отражают реальное положение дел в национальной экономике, а какие являются результатом манипуляций со стороны Центрального банка. На основе подобного метода должен быть создан индекс валютных манипуляций, который, в свою очередь, позволит ВТО применить к манипулятору соответствующие санкции».

Последует ли этому ВТО, где право вето принадлежит США – очень сомневаюсь, но замминистра финансов Китая Чжу Гуанъяо в понедельник уже заявил, что «США не соответствуют занимаемой ими «должности» держателя мировой резервной валюты». Министр финансов Германии Вольфганг Шойбле в интервью Spiegel: «Американская модель роста ... застряла в глубоком кризисе. Картинка не складывается, когда американцы ругают китайцев за манипуляции с валютой, а потом с помощью печатного станка в своем центральном банке искусственно занижают курс доллара». К ним присоединился глава евробанка Жан-Клод Трише и другие финансисты.

В мире, где торговля ведётся между сотнями государств и тысячами компаний наличие международного стандарта единая валюта позволяет проводить товарообмен гораздо быстрее и эффективнее, нежели в отсутствие такого инструмента. Очевидно, что выходом из ситуации может стать только возрождении идеи банкора (вариант фиатных «специальных прав заимствования» чреват), но это будет постепенный процесс, который займёт несколько лет. Этот процесс будет не скорым – поскольку потребует очень длительных согласований. Выходом может стать и война, в условиях которой вновь выдвинется очевидный лидер – но это вариант мы рассматривать не будем. В том числе и потому, что в условиях ядерной войны мир может просто вернуться к натуральному обмену между немногочисленными племенами выживших мутантов.

Очевидно, что в ближайшее время мы станем свидетелями неизбежных потрясений. Джим О'Нил, ведущий экономист Goldman Sachs мягко назвал последующие несколько лет «периодом экономического вакуума». Между тем, масштабы будущего кризиса будут столь серьезными, что нельзя исключить, что многие страны вообще будут вычеркнуты из мирового товарооборота, поскольку их специализация станет совершенно неактуальной (в первую очередь это касается «финансовых центров).

Кроме того, по мере упрощения структуры разделения труда в процессе кризиса мир, скорее всего, распадется на несколько «валютных зон», которые будут решать свои внутренние проблемы самостоятельно, поскольку внешний фактор практически не будет оказывать на них влияние…

Какая расчетная единица может стать наиболее очевидной резервной валютой в ближайшем будущем?

martinis09

11.11.2010

Продолжение: Глобальная финэлита и валютные войны (Часть 6)

Источник: http://martinis09.livejournal.com/205520.html
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Глобальная финэлита и валютные войны (Часть 6)

Предыдущая запись: Глобальная финэлита и валютные войны (Часть 4)

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться