Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Гендерное «христианство»

Среда, 25 Июл. 2012

Отрицание ветхой «праведности», «традиционных ценностей» и создает собственную этическую систему христианства.

В постсоветское время в календаре РПЦ МП появилось два необычных  празднования – это День православных женщин, который с легкой руки  диакона Андрея Кураева стали отмечать в праздник жен-мироносиц, и День  семьи, любви и верности, отмечаемый в день памяти преподобных Петра и  Февронии. И если первый праздник остается скорее неофициальным, то  второй, по предложению РПЦ МП и при поддержке супруги бывшего президента  и нынешнего премьера Светланы Медведевой, сделался официальным, если  можно так выразиться, “церковно-государственным табельным днем”.

На  первый взгляд все прекрасно: исторически кажется, что Церковь всегда  поддерживала “морально-нравственные” “традиционные” и прочие там  “ценности”. Но вот возникает вопрос: а являются ли эти самые “ценности”  действительными ценностями не для “исторического”, а для актуального  христианства?

Представители РПЦ МП совершенно правильно заметили,  что в основе абсолютно всех “традиционных ценностей” всех времен,  народов, стран и религий, являясь для этих “ценностей” альфой и омегой,  началом и концом, лежит “гендерный фактор”, то есть отношения мужчины и  женщины. И не надо быть Фрейдом, чтобы понять, отчего так происходит.  Если принять тезис о том, что в основе человеческого общения лежит  необходимость материальной производственной деятельности, то отношения  мужчины и женщины являются простейшим человеческим отношением, т.к. эти  отношения направлены на воспроизводство человеческого рода. И, являясь  простейшим человеческим отношением, связь мужчины и женщины в латентной,  скрытой, неразвитой форме содержит все историческое богатство, красоту,  грязь, уродство и зверство всех будущих общественных формаций и  цивилизаций. Подобно тому, как в желуде уже содержится целый дуб.

Прежде  всего, отношения мужчины и женщины являются первым в истории,  природно-обусловленным разделением труда в процессе производства людей. В  простейшем акте соединения полов происходит нечто подобное тому, как в  процессе производительной деятельности собственник средств производства  предоставляет их за определенную плату. Платой, в данном случае,  является некое наслаждение, причем выплачивает эту плату весь  человеческий род, в целом.

Поскольку в отношениях мужчины и  женщины имеет место разделение ролей, или - правильнее - разделение  производительных функций, а разделение труда создает условия для  социального неравенства, то можно утверждать, что половые отношения, в  определенной мере, являются для социального неравенства самым ранним, по  историческому времени, источником.

Звучит, конечно, странно, но если  разобраться, это именно так. Собственно, разделение половых ролей в  соединении с возникновением частной собственности и порождает институт  брака. В браке мужчина использует женщину для того, чтобы получить  наследников для своей собственности (что бы под этим ни понималось),  т.е. исключить из пользования собственностью других представителей  человеческого рода – конкурентов. Женщина пользуется мужчиной для того,  чтобы обеспечить себе и своим детям средства существования. То есть в  основе брака лежит чистая экономика, все остальное только к ней  прилагается.

У читателя, наверное, возникает законный вопрос о  том, какое отношение вся эта социология имеет к христианству и к святым  Петру и Февронии. А вот какое.

На первых страницах Писания  говорится: ”Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене  своей и будут двое как одна плоть”.

Обычно это место толкуется как  божественное учреждение института брака. Однако этот текст имеет и свою  другую сторону: ”Оставит человек отца и мать” - это как раз и означает,  что общество (а отец и мать представляют здесь общество) не имеет  никакой “части” тогда, когда двое уже образовали “одну плоть”. То есть  это соединение является делом только двух (сегодня мы скажем “частным  делом”), и обществу там нечего делать. Отношения мужчины и женщины  общество не может никак регулировать.

Из библейского  законодательства хорошо видно, что именно подлежит, в данном случае,  общественному регулированию. В Декалоге имеются две заповеди,  посвященные этому вопросу: во-первых, самая известная - “не  прелюбодействуй”. А вот 10-ю заповедь можно рассматривать как объяснение  того, почему нельзя прелюбодействовать: в 10-й заповеди жена, женщина  приравнивается к прочему движимому и недвижимому имуществу мужчины – к  дому, ослу, волу и т.д.

Другими словами, прелюбодействовать нельзя  потому, что, во-первых, это может нанести ущерб соплеменнику и в его  лице всему сообществу, что нарушает общественную стабильность, подобно  тому, как кража осла лишает соплеменника выгоды от его использования.

Во-вторых, бросая “семена”, так сказать, на чужом поле, мужчина лишает  самого себя возможного наследника, что опять же создает угрозу обществу.

В библейском законодательстве перед нами предстают “традиционные  ценности” в чистом, незамутненном виде. И для этих ценностей отдельный  человек всего лишь функция экономических отношений, а уж женщина -  вообще только механизм для производства детей. Не даром апостол Павел  называет Закон “силой греха”, т.к. перед “традиционными ценностями”  человек всегда виноват, всегда находится в состоянии психологической  депривации, которая порождает постоянную агрессию, направленную или  вовнутрь или вовне, что и порождает характерный для “традиционных  ценностей” авторитаризм.

Теперь посмотрим, как Иисус Христос  относился к “традиционным ценностям”.

Собственно Иисус требует  преодолеть старые ценности, квинтэссенцией которых для него стало учение  “книжников и фарисеев”: ”Если праведность ваша не превзойдет  праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное”.

То есть в том мире, в который зовет своих последователей Иисус, этой,  старой праведности (”традиционным ценностям”, выражаясь современным  языком) вообще не место.

Как можно превзойти праведность книжников и  фарисеев? – Максимально усилить нормы этой праведности.

Представим себе,  что значит максимально усилить заповедь “не кради”, к примеру. Это  значит не просто не брать чужого, а отдать прохожему последнюю рубашку,  не просто не спать с посторонними женщинами, а вообще не смотреть на  противоположный пол.

Другими словами, Иисусово “превзойти” означает  тотальное отрицание прежних моральных норм. А ценности и нормы как раз и  создают тот мир, в котором живет человек. Поэтому-то Иисус и призывает:  ”Не любите мира ни того, что в мире”.

Иисусу было хорошо  известно, откуда этот мир, эти извращенные отношения, эта фарисейская  “праведность” берут свое начало. Недаром Он посягает на самую главную  “традиционную ценность” - семью и брак: ”В Царстве Небесном не женятся и  не посягают”.

Эти слова выглядят как отрицание вообще отношений мужчины  и женщины. Ничего подобного. В Евангелии от Матфея есть отрывок, где  фарисеи спрашивают Иисуса о том, можно ли разводиться с женой. Иисус  буквально тыкает вопрошающих носом в Библию: ”Разве не читали, что  “оставит человек отца и мать и прилепится к жене”, если уже прилепился,  то какой развод”.

Развод, как известно, такой же общественный институт,  как и брак. Если общество не может развести супругов, то, надо полагать,  оно и не в состоянии удерживать их в браке или вообще санкционировать  брак. Поэтому-то Иисус и уточняет – ”кроме вины прелюбодеяния”, т.е.  если одна из сторон нашла себе другого партнера, то старые отношения  сами собой и прекращаются, становятся несуществующими.

Отношения  мужчины и женщина, таким образом, становятся частным делом сторон,  которые перед обществом ничем не отвечают и общество не имеет над этими  отношениями власти.

Другими словами, Иисус последовательно отрицает брак  как общественный институт. Кстати, присутствующие это прекрасно поняли  (со своей колокольни, конечно): “Если такова обязанность человека к  жене, то лучше не жениться”.

Иисус подтверждает их догадку: “Могущий  вместить, да вместит”, т.е. не хочешь иметь обязанностей перед обществом  – не вступай с этим обществом в отношения.

Апостол Павел,  несмотря на его тенденцию (или тех, кто редактировал или отбирал  послания, приписываемые Павлу) адаптировать христианство к наличному  обществу, развивая мысль Иисуса о том, что в Царстве Небесном “все будут  как ангелы”, доходит до полного отрицания гендерных, этнических или  социальных различий: ”Нет ни эллина, ни иудея, ни мужского пола, ни  женского, ни раба ни свободного” - для Царства эти вещи безразличны, там  нужны, прежде всего, люди, а не их функции.

Отрицание ветхой  “праведности”, “традиционных ценностей” и создает собственную этическую  систему христианства.

Несмотря на многовековые усилия христианских  лидеров после Иисуса сгладить эту фундаментальную черту христианства, в  полной мере сделать это не удалось.

Как только кто-то из христиан  додумывался до того, чтобы жить по-христиански, этот тотальный  “нигилизм” немедленно возрождался.

Монашество, средневековые радикальные  ереси или русские сeкты хлыстов и скопцов, отбрасывая историческую  “надстройку” христианства, обнажали его сущностный “базис” – отрицание  наличной социальной действительности и, прежде всего, их изначальной  основы – гендерных отношений.

Воздерживались ли монахи от секса,  практиковали ли ереси “свальный грех” или кастрацию – все это разные  стороны одного и того же нигилизма по отношению к социуму или, выражаясь  языком Евангелия, к “миру сему”, князем которого является  сами-знаете-кто.

Вводя в церковный календарный цикл (не важно,  официально или нет) “гендерную составляющую”, представители современной  РПЦ МП обнаруживают непонимание сущности собственной религии,  непонимание того, что христианство и гендер – явления из разных миров.

В  этом смысле те, кто вводит в культовую практику православной Церкви  “половой фактор”, мало чем отличаются от феминисток или от тех же “Pussy Riot”. Только одни пытаются вернуться к “традиционным ценностям”,  другие же их отрицают.

Но для тех и других именно “гендер” является  полномочным представителем общественных отношений, их “эйдосом” и  тайной.

Андрей Берман

Кандидат исторических наук, культуролог

11.07.2012


Источник: http://www.portal-credo.ru/site/index.php?act=news&type=archive&day=11&month=7&year=2012&id=93607
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: О золоте, рептилоидах и структуре богов... [видео]

Предыдущая запись: Дорога к сраму

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться