Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Дошедший до нас образ преп. Серафима Саровского был фальсифицирован

Четверг, 02 Окт. 2014

В 1928 году в период с 9 марта по 8 августа тайно от ОГПУ был проведен  Поместный Собор Русской Православной Церкви, названный позднее  “Кочующим”, поскольку в целях конспирации заседания проводились в  четырех разных местах - Сызрани, Ельце, Вышнем Волочке. Кроме определения отношения к митр.Сергию (Страгородскому), на Соборе также рассматривались вопросы об «имяславцах», об отношении к старообрядчеству и Большому Московскому Собору 1666-1667, о преп.Серафиме Саровском (в связи с представленными новыми документами» касающимися его), о новомучениках российских. По отдельным заметкам можно судить, что эти документы вызвали шок у участников Собора. Оказалось, что весь образ св. Серафима Саровского на протяжении многих лет подвергался фальсификации.

Среди подписей архиереев, участников Кочующего Собора, такие известные иерархи, как митр.Иосиф (Петровых), еп.Григорий (Лебедев), архиеп.Андрей (кн.Ухтомский), архиеп.Феодор (Поздеевский), еп.Арсений (Жадановский), еп.Серафим (Звездинский) и др.

Известно, что появление 16/29 июля 1927 года известной Декларации митр.Сергия (Страгородского) вызвало бурные споры, недоумения, возражения. Часть архиереев и священства заявляют об отделении от митрополита Сергия. В числе отделившихся — митр.Иосиф (Петровых), митр.Ярославский Агафангел, архиеп.Варлаам (Ряшенцев), еп.Козловский Алексий (Буй) и др.

Впрочем, причиной отделения от заместителя местоблюстителя Патриаршего престола была не только Декларация. Как писал о настроениях 20-х годов сам митр.Сергий в 1942 году: «В нашей Церкви воцарился невообразимый хаос, напоминавший состояние Вселенской Церкви во времена арианских смут, как оно описывается у Василия Великого».

Еще до Кочующего Собора были проведены предсоборы («соборики»), на которых обсуждалось современное положение Церкви и вырабатывались определения в отношении церковного курса митр.Сергия (Страгородского). Хронологически первым Предсобором стал маленький Собор, созванный в Уфе 3-5 октября 1927, где были выработаны определения в отношении «сергианства», которые впоследствии и легли в основу определений Кочующего Собора Декларацию Уфимского маленького Собора архиеп.Андрей (Ухтомский) называл сознательной и умной попыткой церковного строительства.

Ядро Кочующего Собора составили так называемые «непоминающие», антисергиане. Однако антисергиевские соборные определения отказались подписать многие участники Собора, среди них: митр.Петр (Полянский), митр.Кирилл (Смирнов), еп.Осташковский Гавриил, еп.Ковровский Афанасий (Сахаров), еп.Платон (Руднев).

Новые документы о преп.Серафиме Саровском, как сказано, «вызвали шок у участников Собора. Из неизвестных до того «бумаг Мотовилова», хранившихся у еп.Серафима (Звездинского) следовало, что дошедший до нас образ преп.Серафима Саровского был фальсифицирован. Он сделал с них копии в присутствии двух лиц и через о. Павла Боротинского послал на “Кочующий” Собор.

Николай Александрович Мотовилов (12.5.1809–14.1.1879) был собеседник и сотаинник преподобного Серафима Саровского, многолетний попечитель главного детища преподобного – Серафимо-Дивеевского монастыря. Этот симбирский и арзамасский помещик, исцеленный в свое время прп. Серафимом, впоследствии опубликовал важнейшие поучения и откровения святого старца.

Из многих тысяч людей, приходивших к преподобному Серафиму Саровскому, Мотовилов удостоился наибольшего доверия: ему единственному была передана из уст в уста беседа "О цели христианской жизни", из которой православный мiр узнал учение прп. Серафима о стяжании благодати Святаго Духа как цели христианской жизни. Духовно общаясь с прп. Серафимом, Мотовилов сохранил для нас мельчайшие подробности его светоносной жизни. Самой Божией Матерью наставлен был Мотовилов на служение Дивеевской обители. Его тетради послужили и составлению жития первоначальницы Дивеевской обители – преподобной Александры. Через Мотовилова преподобный Серафим передал письмо для Царя, который "его прославит".

Важное значение в миссии Н.А. Мотовилова имела его супруга Елена Ивановна (ур. Милюкова), на которой Николай Александрович женился в 1840 г. Она была племянницей любимой послушницы прп. Серафима – Марии. Будучи моложе мужа, Елена Ивановна дожила до XX века, и ее застал еще в полном здравии писатель С.А. Нилус, готовивший материалы к прославлению прп. Серафима в 1903 г. Она передала ему корзины с бумагами Мотовилова, десятилетиями пролежавшие на чердаке и перемешанные с птичьими перьями и пометом. Почерк Мотовилова был очень неразборчивым, и, безуспешно пытаясь что-то прочесть, Нилус взмолился: «Батюшка Серафим! Неужели же для того ты дал мне возможность получить рукописи твоего "служки", чтобы неразобранными возвратить их забвению?». Наутро, взяв стопку бумаг, он сразу нашел запись беседы о Святом Духе и, обретя внезапно способность понимать мотовиловский почерк, легко ее прочитал. Ее публикация успела как раз к торжествам канонизации Преподобного.

В тех же бумагах С.А. Нилус обнаружил и опубликовал предсказания прп. Серафима, известные как "Великая Дивеевская тайна".

Н.А. Мотовилов похоронен в этом самом Серафимо-Дивеевском монастыре.

По отдельным заметкам можно судить, что документы, переданные Мотовиловым вызвали шок у участников Собора. Оказалось, что весь образ св. Серафима Саровского на протяжении многих лет подвергался фальсификации.

В специальном письменном докладе еп. Серафим сообщал Собору (основываясь также на заметках С.А. Нилуса) свои исследования по вышеозначенному вопросу.

Получалось нечто невероятное:

  • Преп. Серафим происходил из семьи крипто-старообрядцев, что точно выяснил еще М. В. Мантуров, ездивший в Курск в 1840 г.
  • Всю жизнь преп. Серафим (как, впрочем, и Саровский старец Марк) подвергался гонениям со стороны начальства, в первую очередь, за плохо скрываемое старообрядчество.
  • Избившие его разбойники были наняты игуменом.
  • Скончался преп. Серафим не в добровольном затворе, а в заключении.
  • Начало фальсификациям положил Иван Толстошеев.
  • Тотальное переделывание жития и пророчеств преп. Серафима осуществлял митр. Серафим (Чичагов) – автор нескольких редакций жития преп. Серафима и “Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря”.

Согласно этим новым документам, присланным на Кочующий Собор, преп.Серафим происходил из семьи так называемых крипто-старообрядцев, то есть людей, которые, формально принадлежа к господствующей Церкви, в обиходе продолжали молиться и жить по-старорусскому, почти тысячелетнему чину.

Становится понятным почему преп.Серафим носил старорусские (на языке никонианства — старообрядческие) клобук (головной убор), мантию и лестовку , что было вызывающе смело для того времени и не могло не приносить ему различных неприятностей со стороны официальных властей.

Икона преподобного Серафима, чудотворца Саровского

На голове преподобного - клобук, в левой руке - лестовка.

В истинно православной иконописи использовались ведические мудры.

Обратие внимание на совершенно необъяснимое сочетание пальцев правой руки (ведическая "Мудра земли") с точки зрения современного "православного" христианского канона

в котором недопустимы никакие иные виды сложения перст, кроме трёх: "двуперстие", "троеперстие", "благословление верующих священником".

Суть данной мудры, заключается в улучшении собственной оценки, а также доверия, защите от негативных воздействий и т.д.

 

Глава Русской Православной старообрядческой Церкви (РПСЦ) митрополит Корнилий

дарит Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси (РПЦ-МП) Кириллу лестовку.

(Взято: http://www.patriarchia.ru/data/2010/01/31/1233523535/7.jpg)

 

Скуфья, скуфия (от греч. σκφος «чаша») — повседневный головной убор православных духовных лиц всех степеней и званий.

Представляет собой небольшую круглую чёрную, мягко складывающуюся шапочку из 4-х лопастей; складки надетой скуфьи образуют вокруг головы знамение креста.

У черного духовенства по низу добавляются красная оторочка и черный венец ниже ее. Камилавка круглая.


Камилавка прп.Кирила Белозерского

 

На камилавку сверху надевается клобук

До раскола скуфьи и камилавки назывались - наплешниками, по той причине, что они служили целью прикрыть выстреженную макушку,

обычно были вязанные, иноки поверх наплешника надевали клобук, на подобии детской, мягкой шапочки по Дорофею, с ушами, чтоб во время трапезы наклонившись не видеть соседа.

Наградных наплешиков не было, если игумен/духовный отец/епископ срывал с головы инока/клирика наплешник/камилавку/скуфью - это был знак низложения из сана...

Скуфья - священнический наплешник, камилавка - иноческий.

Монахи, священноиноки и архиереи - носили камилавки с клобуком, белое духовенство - скуфии.

Клирик должен был носить скуфию постоянно, закрывая выстриженное на главе гуменце.

Скуфия снимается, когда священнослужитель читает молитвы, сказывает ектении и прокимны, отпусты и т.п.;

также во время молитв "Отче наш", "верую", "Достойно есть", на чтении Евангелия, на вынос и целование и причащение всякой святыни;

во время выхода на вечерни, служащий клирик - во все время литургии, и в некоторые другие моменты

(об этом подробно изложено у Ксеноса в "Истории Ветковской церкви" и у свт. Арсения Уральского в "Кратком практическом уставе.

Иноки в те же моменты снимают клобук, не снимая камилавки (ее снимают только на Причастие Св. Таин).

Из представленных на Собор документов следовало, что преп.Серафим всю жизнь подвергался гонениям со стороны начальства «за плохо скрываемое старообрядчество», что едва не убившие его грабители были наняты игуменом; что скончался он не в добровольном затворе, а в заключении.

И не поэтому ли Победоносцев и Синод, которым были известны эти факты, всячески сопротивлялись канонизации преп.Серафима?

То, что впоследствии получило название никоно-алексеевской «реформы», переход на новые церковные чины и обряды, насаждавшийся сверху, вызвал, как известно, активное и пассивное противодействие фактически всего русского общества (Каптеров). Поэтому неудивительно, что в ХVIII-ХIХ вв. многие, особенно из среды мелкого провинциального дворянства и купечества, формально принадлежа господствующей Церкви, молились в обиходе и придерживались в быту старого дониконовского чина. Это было не что иное, как начало стихийного единоверия, санкционированного впоследствии императорским указом в 1800, однако власти поначалу относились к этому явлению крайне отрицательно, как к тайному «расколу». Тайных старообрядцев выявляли и преследовали не менее сурово, чем явных,

Почти за сто лет до официального установления единоверия была предпринята попытка легализовать его именно основателем Саровской пустыни схиигуменом Иоанном, уроженцем Арзамасской губернии, «известным своими монашескими подвигами и злополучною судьбою», как сказано в «Житии преп.Серафима» (с.14-15),

Во время поступления Прохора Мошнина (в будущем преп.Серафим) в Саровскую обитель в 1778 наместником, или, как тогда говорили, строителем там был игумен Пахомий, родом также из курских купцов, в малолетстве знавший родителей Прохора. Как пишет еп.Амвросий, принадлежность к крипто-старообрядцам родителей преп.Серафима «точно выяснил еще Мантуров, ездивший в Курск в 1840 году».

В связи с этим можно предположить, что и Пахомий, «постник и молитвенник, образец иноков, коего народ называл святым человеком», также прилежал к старому русскому чину, отсюда его особое «расположение» к послушнику-земляку Прохору Мошнину («Житие...», с.15).

То, что в Саровской обители твердо держались старых традиций, подтверждает недавно установленный факт, что «никонианский» партес туда так и не проник — вплоть до закрытия монастыря уже при советской власти там продолжал звучать одноголосный знаменный распев.

Хор Валаамского монастыря. "Свете тихий". Знаменный распев

Многие архиереи послереформенного времени оказывали предпочтение старым обрядам и книгам при внешнем послушании новообрядческому священноначалию. Среди таковых известны митрополит Новгородский Макарий, еп.Вологодский Маркел, еп.Вятский Александр, еп.Тверской Иоасаф и другие.

«Тайное следование старой вере среди высшего русского духовенства было настолько распространено, — пишет Езеров, — что Петр I в качестве “меры пресечения” даже запретил поставлять епископов из русских, и ко второй трети XVIII в. ни на одной великорусской кафедре уже не осталось ни одного русского архиерея, — все они поголовно были заменены малороссами, зачастую весьма сомнительного православия. А что сказать о тех простых людях, клириках и мирянах, которые, находясь в «общении» с господствующей церковью, при этом втайне держались старых книг и отеческого благочестия? Ряд историков считает, что таковых в первое столетие после “никоновой справы” было не менее половины населения страны» («Единоверие...» — Сб. «Духовные ответы». М. 1998, 10, с.46).

Таким образом, версия о причастности преп.Серафима Саровского к старорусской (дониконовской) церковности выглядит не только правдоподобной, но и весьма вероятной.

Из «бумаг Мотовилова», представленных на Кочующий Собор, следовало, что образ святого был фальсифицирован в пользу «никонианства», его старообрядческие симпатии скрыты, а его полемика с беспоповцами переделана в противостаро-обрядческую вообще.

В свете историко-богословской науки сегодняшнего времени, признающей двуперстное перстосложение несомненно древневизантийским, переданным затем на Русь, фальсификация образа преп.Серафима достаточно видна уже из описания его беседы с «ревнителями старообрядчества, жителями села Павлова Горбатовского уезда», когда старец, как написано в «Житии...», «сложил персты в трехперстное сложение» и сказал: «Сие сложение предано от св.апостолов...» (с.145)

Эту очевидно глупую клевету на святого, ничтоже сумняшеся, с удовольствием перепечатывают современные блюстители «чистоты никонианства», подводя себя под проклятие Кочующего Собора: «Кто хулит древний обряд и благочестие: анафема».

Документы Мотовилова хранились у епископа Дмитровского Серафима (Звездинского) не случайно. Этот иерарх происходил из единоверческой семьи, тесно связанной со старообрядчеством. В юности Николай Звездинский под влиянием университетской среды утратил веру, тяжко заболел, однако явным заступлением преп.Серафима Саровского был исцелен, после чего принял монашеский постриг с именем Серафим («Новые православные чудеса» — М. 1998. с.26). Его отец, протоиерей, составил службу преп.Серафиму Саровскому.

К вопросу о логике исторических поступков: почему именно в 1929 «Деянием» от 10/23 апреля Священный Синод под председательством митр.Сергия (Страгородского) снял «клятвы» со старообрядцев? Логика подсказывает, что это, по-видимому, была контрмера после принятия за полгода до этого аналогичного решения на Кочующем Соборе, ибо митр.Сергий опасался антисергианского «альянса» старообрядцев и «непоминающих».

Итак, повторяем, исключительно важные материалы о Кочующем Соборе, представленные еп.Амвросием (фон Сиверсом), конечно, требуют еще убедительных подтверждений своей подлинности, и они, вероятно, появятся в будущем, однако многие побочные факты, в том числе и перечисленные, уже свидетельствуют в пользу версии о его подлинности.

По материалам: ipcukraine.ucoz.net, rusidea.org, co6op.narod.ru, txt.drevle.com

Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Виктор Ефимов - Миссия русской цивилизации [видео]

Предыдущая запись: Грандиозные артефакты древних цивилизаций в центре мегаполиса “Москва” [видео]

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться