Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Беседа с депутатом Госдумы Евгением Фёдоровым (28.03.2013) [видео]

Четверг, 18 Апр. 2013

Нападение демократов на Кипр – это попытка заставить олигархов открыто бороться против России. Угроза конфискации денег олигархов на Кипре – это банальный шантаж, с помощью которого демократы пытаются заставить олигархов сделать революцию в России и укрепить оккупационную администрацию. Буржуинам теперь не позавидуешь... Обсуждение событий на Кипре и смерти Березовского, уничтожения народа России и распада государства, американских агентов в правительстве, восстания Путина и силы русских.

Фрагмент из беседы

 

По Кипру так говорят, Путин начал учения Черноморского флота и некоторые источники связывают их с тем, чтобы «напугать» Кипр.

– Я думаю, что учения, начатые прежде [ситуации] на Кипре, связаны с другим.  Путин работает в другой системе координат. У него, во-первых, на  порядки, просто в тысячи раз, больше информации чем у нас. Он может, в  силу своего опыта, в том числе, просчитывать ситуацию. То есть, он не  борется с событиями, которые произошли. Он борется с событиями, которые  могут произойти, в случае определённого сценария.

Превентивные меры?

– Да, конечно. Он демонстрирует позиции Российской федерации на юге  перед лицом возможных процессов, когда за одним идёт другое и третье.  Что такое Кипр? В политическом смысле – там у него есть свои вещи, но в  политическом смысле – это попытка поднять бунт олигархов против Путина.  То есть у них конфисковали ни много, ни мало 40%, причём только у  российских. У английских, итальянских – всё компенсировано. Англичане же  в лоб сказали: «Мы вам всё компенсируем. Мы отнимаем деньги только у русских. Все остальные получат деньги обратно». Вообще сразу всех успокоили. То есть это чисто антироссийская акция.

Теперь, чтобы было понятно, что происходит на Кипре. Если Вы обратили  внимание, когда пошли репортажи с Кипра, они вначале прозвучали как бы  по-честному, а потом сейчас начали многие вещи править, и уже вы их не  увидите и поэтому надо бы в ролик вывести первые информационные  репортажи о Кипре, где корреспонденты сдуру, не посоветовавшись с  кураторами-пропагандистами из Америки, начали говорить правду.

Кипр – это Лукойл, это Норильский Никель и дольше по списку сотни крупнейших компаний России. У них  конфисковывают, с точки зрения управления, плюс активы, которые они там  держат. Активы, понятно, что это только начало. Как всегда в политике,  мы знаем только верхушку айсберга, а 99% под землёй. Под землёй – это взять под контроль вообще систему управления в России бизнесом.  Частным бизнесом. В России же своего нет. Он весь прокачан либо [через]  Кипр, Гибралтар и другие [офшоры]. И ясно, что это пошла система по  всем офшорам и по всем зарубежным юрисдикциям.

Следовательно, на сегодняшний день, что делают американцы? Они попытаются вперёд паровоза устроить заговор олигархов, а это все бизнесмены России, против Путина.  На это направлен билль Магнитского, на это направлены действия  Европейского Союза, Германии и Международного Валютного Фонда на Кипре.  То есть Кипр – как бы начало процесса. Задача – очень  простая. Вообще они действуют в типичном англо-немецком ключе и  французском. Они считают, что любой человек, которому грозит потеря  имущества, автоматически предаст Родину. Потому что у них такие люди.

У них свой менталитет.

– Да. Это менталитет. Вот, если вы посмотрите, когда на Россию  нападали Гитлер, Наполеон. Они в конце говорили: «Мы не понимали  русских». Что они не понимали? Они не понимали, что, если европеец  сталкивается с проблемой, такой, вот, фатальной – имущественной,  проблемой безопасности, то он принимает решение сдаться проблеме. Это  типично американо-европейско-английская реакция на событие. То есть,  если европейский город окружают враги, то европейский город выносит на  подушечке ключи. Для европейца – это абсолютно нормально. Он так  воспитывался с младых ногтей.

Для человека русского – принципиально другой менталитет. Вот это как  раз граница между Европой центральной и Европой российской. Если враг  нападает и он сильнее, русские не сдаются. Но это с  точки зрения европейца является глупостью. Просто нелогичный поступок.  Почему Гитлер блокировал Ленинград? Он рассчитывал: «Я его блокирую,  подвоза продовольствия не будет. Ленинград сдастся». Логично? Абсолютно.  Для европейца – железобетонная логика. А Ленинград не сдался. Погибли  миллионы людей, но [город] не сдался. Это непонятно им. И это  происходило всегда. И это и есть главное отличие немца, француза,  англичанина от русского. И проявляется это отличие во всём, в том числе и  в истории с Кипром.

Они сделали ставку на то, что они сейчас возьмут через билль  Магнитского, через механизм конфискаций наш бизнес за горло и посчитали:  «Что такое бизнес в России?» Это миллионы людей, которые работают на  этих заводах, значит, им можно, например, перестать платить зарплату,  они будут недовольны и их можно будет вывести на улицы против Путина.  Может это сделать бизнес? Может. Норильский Никель или кто там, Сибур и  так далее. На этих предприятиях есть всякие начальники и директора.  Значит с ними нужно поговорить, объяснить, ну, тот же олигарх. И эти  директора возглавят этот бунт. Там есть службы безопасности, которые  могут пожёстче сыграть свою роль. Плюс к этому, можно добавить боевые отряды – из Сирии перебросить, где у них как-то не получается, ещё откуда-нибудь.

То есть запустить план превентивной ликвидации национально-освободительного движения, а в целом – вообще России в  условиях, когда американцы понимают, что, допустим, через год-два, у них  уже таких возможностей не будет. Они уже начинают неконтролировать  мировой процесс, ситуацию. Значит, надо нанести предварительный удар, то  есть напасть, сделать в России карательную войну до того, как Россия  поднимется, а американцы ослабнут. Абсолютно логичное поведение. 100%.

Вот, Кипр для них – это технология начала этой войны.  То есть они чётко продемонстрировали нашим олигархам. Сейчас же с ними  идут переговоры. Они же все туда улетели. Я специально тут пообщался,  кое-кого знаю. На Кипр завязаны тысячи российских предпринимателей.  Обратите внимание, чего они туда полетели? Все самолёты, которые летят  на Кипр, забиты и введены дополнительные рейсы. С чего? Деньги там не  выдают банкоматы, есть там как бы нечего, потому что магазины пустеют. А  чего туда ломанулся народ из России? Вот, обратите внимание. Простая  вещь. Почему они туда полетели? Потому что они туда полетели на переговоры по спасению своих денег и в том числе своей системы, подконтрольной американцам и европейцам, с  точки зрения управления, своего бизнеса. И о чём они там будут  разговаривать?

Условия им скажут и всё.

– Конечно. Они будут говорить: «Либо ты теряешь». А что такое для  инвестора потерять 40%? Подумайте. В бизнесе ни у кого нет [свободных  денег], если это крупный бизнесмен, чтобы у него был просто чемодан  денег, которые он заработал, положил в банк и довольный сидит в носу  ковыряет – какие хорошие у него деньги в банке. Эти все деньги завязаны  на систему управления. Потеря 40% денег – это потеря всего бизнеса,  потому тут же [набегут] кредиторы, тут же банкротство, потому что он эти  40% взял в долг. В результате [работы] системы. Ну, там какая-то часть  его, но этой части давно уже нет.

Я знаю одного бизнесмена, нашего хорошего товарища на Украине,  который является крупным инвестором. Строит очень много. Десятки, а  может быть и сотни больших жилых домов на Украине. Мощный инвестор. И  один мой знакомый попросил у него на Украине дать в долг 100 000 долларов. С точки зрения объёмов этого бизнесмена – это не то что  копейки, а доли и доли процента. Он говорит: «Слушай, я не могу тебе дать 100 000. У меня всё в обороте. Я накоплю тебе и через 2 недели дам».  Потому что грамотный бизнесмен не держит деньги в кусочке, в банке. Он  все деньги держит в обороте. Это – наиболее профессиональная часть  работы, потому что он же в конкуренции находится, ему нужно всё время  вертеться. Если он хорошо вертится, он выигрывает конкуренцию, а другой  проигрывает, и, соответственно он не 10 домов может построить, а 50. Это  как геометрическая прогрессия бизнеса работает.

Поэтому у всех наших предпринимателей, которые держат там деньги, а  это где-то до половины иностранных денег, которые держат за рубежом –  Кипр очень сильно уязвимая точка – деньги находятся в обороте. И вот  сейчас общаюсь, все предприниматели находятся там. Кто на частных  самолётах, кто забили самолёты регулярных линий, добавили рейсы. Все  там. Не только там. Обратите внимание, то Лебедев что-то из Лондона  говорит, то... То есть все улетели в переговорные процессы. В России сейчас вообще никого нет из крупного бизнеса, да и среднего. Все разлетелись. Потому что везде пошли переговоры.

Разговор очень простой. Типично американский деловой подход... пацанский. «Мы  тебя держим за… горло, деньги у тебя. Мы знаем, что ты разоришься, если  мы тебе деньги так или иначе не отдадим. Давай, заключай с нам  спец-политическое соглашение». Дальше идёт немножко лжи: «Мы  победим в течение полугода, месяца три. Поднимайся на штурм против  Путина. Против, по-русски говоря, национально освободительного движения.  Участвуй в нашей карательной операции. От тебя требуется…» И уже  написали ему план действий – что он должен сделать. У кого заводы,  значит, поднять рабочих. У кого технологии финансирования –  профинансировать. То есть, по сути – участвовать в заговоре.

Ну, а противодействие можно что-то как-то [оказать] или же спокойно наблюдать, как они там заговор составляют?

– А чего вы думаете учения Путин проводит? Мы же с этого начали.

Он Кипр будет брать?

– Нет. Он показал, что сила есть. Это разговор на  уровне, знаете, таком закадровом. Здесь улыбки, а за кадром обмениваются  реальными возможностями. Потому что бизнесмен думает: «Ага, я  потеряю свой капитал, впишусь во всю историю. А что дальше? Дальше я и  деньги потеряю и Россию потеряю, потому что поругаюсь с Путиным, войду в  конфликт». И он начинает думать, как из этой ситуации выйти.  Никому не хочется, по большому счёту, ни на американцев работать, ни  терять не хочется. Значит, возникает эта история с выбором. Точно такая,  какая была у нас только что в ГосДуме.

Обратите внимание. Технология везде идёт одинаковая. Депутаты начинают думать: «То  ли мне отдать мандат, чтобы не попасть в билль Магнитского – потому  что, если я буду голосовать неправильно, меня туда включат, и там всё  конфискуют, то ли мне всё продать… Чёрт его знает. И так повернёшься,  потеряешь голову, так повернёшься, потеряешь ноги…» Вот только что это было. В Совете Федерации та же история.

Мы с вами последние месяца 2-3 наблюдаем процесс жесточайшей подковёрной [борьбы],  откуда происходят не просто крики и вопли, кого-то не просто душат, а  [слышатся] явно предсмертные стоны. Это просто чувствуется в  политическом пространстве. И Кипр – элемент этой борьбы. Американцы  усиливают компоненту этой борьбы. Это означает, что идёт нагнетание  ставок, как в покере. Рост ставок. С одной стороны, растут ставки  американцы против России, чтобы ликвидировать освободительное движение,  и, как задача минимум, договориться с Путиным, чтобы он отошёл в  сторонку и не мешал, и жил где-нибудь на даче и ни во что не вмешивался.  То, что называется, ушёл в монастырь. Задача максимум – полностью  устранить его физически. С одной стороны.

С другой стороны, тут скрипят депутаты, члены Совета  Федерации, бизнесмены – что делать? Они попали между двух огней. Вот  сейчас этот период и происходит. И всё это [происходит] вроде бы в  тишине и мирной обстановке, но на самом деле – это подготовка к  результату. Каков это может быть результат? Либо американцы побеждают и  сметают Путина с политической системой, либо накапливается потенциал  национального восстания. То есть, если в этой истории Путин побеждает,  психологически пока побеждает, со своими учениями на юге, со своей  технологией борьбы с коррупцией в России, со своей технологией  контрпереговорных позиций с бизнесом. С депутатами же здесь тоже  беседуют. Они говорят: «сдадим мандат». Им говорят: «Не надо сдавать мандат».  Процессы идут. И от результата этого предварительного этапа подковёрной  борьбы зависит следующий этап освободительного движения.

Я думаю, что американцы, в результате, положат на стол все козыри, и  пока так получается: и Кипр, и билль Магнитского, и технологию заговора  олигархов. Эти козыри не сработают, потому что люди побоятся. Просто  элементарно побоятся, потому что они русские по ментальности. И помнят,  как это раньше заканчивалось. И с этого момента наступит ситуация  перелома в психологии внутри страны. То есть, пройдя через попытки  заговоров, через попытки потерь, пройдя через проблему краха, элиты  страны выберут национальный путь.

Получается, что они, как раз сами станут локомотивом.

– Да. Либо здесь, либо там. Уже быть нейтральным не получается.  Либо ты работаешь на оккупанта открыто под названием «я участвую в  заговоре», либо ты начинаешь, потеряв может быть много чего, но ты  начинаешь включаться в национально-освободительную борьбу. Это создаёт  момент перелома ситуации, поскольку по срокам – несколько месяцев.

А как манёвры Черноморского флота перевешивают ход американцев?  Это же разные вещи. То есть с одной стороны американцы давят на  предпринимателей, которые внутренняя вещь, а манёвры Черноморского флота  – это внешнее, это вооружённые силы. Он же не будет… флот по своим  предпринимателям стрелять.

– Это всё находится в единой системе политических балансов.

Как манёвры флота убедят наших олигархов?

– Да очень просто убедят. Потому что флот убеждает.

Понятно, что он убеждает, но он же не будет сбивать самолёты с олигархами?

– Ещё раз говорю. Речь идёт о понятийном предварительном подходе. Да,  есть флот. Я думаю, что там всплывут интриги, которые вокруг  происходят. Вспомните, вторую Чеченскую войну, которая была против  Хасавюрта, против ликвидации России, за территориальную целостность. Я  помню, когда Путин пришёл в Думу тогда, и сказал (это можно найти, хоть и  было закрытое заседание Парламента), что из полуторамиллионной армии в Чечне согласились воевать 46 000 человек всего.

То есть, в чём технология. Огромная русская армия, это, конечно не  5-миллионная советская, но огромная. Война за целостность страны. Но  американцы до такой степени вошли в систему управления страной тогда –  через Немцова, который подписи собирал, через прямую работу с  генералами, как в Багдаде, когда они всех саддамовских генералов  подкупили. То есть Саддам команду дал, а мы уже тут денежки взяли от  американцев и право на политическое убежище. То есть они вошли в систему  управления страной до такой степени в конце 90-х годов, в том числе и с  Березовским, что Путин сказал: «Надо страну защищать», а армия сказала: «Не хотим».  Или промолчала и не пошла. И вот, каким-то чудом, если хотите, потому  что американцы явно рассчитывали, что никто не пойдёт, нашлось 45 000 человек, которые за Родину встали. И победили. Хотя это очень немного. И  победили.

И сегодня точно такая же технология. Мы просто не знаем, как  американцы работают. Они каждого генерала, каждого морского более-менее  крупного офицера, всех контролируют в системе влияния и знания о нём. Не  обязательно, что они с ним в контактах. Как за депутатом. Работает  депутат, а в посольстве сидит человек, который ведёт его работу. Это не  значит, что он ему звонит. Он знает, кто его родственники, куда он  пошёл, где у него уязвимые места, где у него имущество, как на него  повлиять, где болевые точки, где учится его ребёнок, чтобы его, если  что, в тюрьму посадить за хулиганство, а депутат прискачет и с ним уже  можно будет обсуждать серьёзные мужские вещи. И так далее. 20 000 грантополучателей в Москве.  Они же даром хлеб не едят. Американцы просто так деньги платить не  будут. Соответственно, они всё это ведут. И я так понимаю, что в том  числе и эти учения, раз вы их назвали, и может быть ещё тысячи событий, о  которых мы с вами не знаем и не обсуждаем, прямо связаны с этой  системой балансов.

Я вам в своё время говорил, почему Центральный банк России так себя  ведёт. Посылает Путина с его низкими процентными ставками, Игнатьев, я  имею в виду, и откровенно душит российскую экономику. Плюс собирает  дань. Потому что за ним стоит 23 американских авианосца.  Это прямая политическая связь. Где банк, а где авианосцы? Ну, вот они.  Вот это то же самое. Понятно, что не надо иметь столько авианосцев, но  надо показать управляемость системой. Путин показывает управляемость системой – военной, политической, экономической. И этой управляемостью он  демонстрирует на подходах, что в случае обострения конфликтов…  Американцы, может быть, внимания на это меньше обратят, а уж наши-то  очень хорошо это понимают. Потому что наши олигархи – русские люди по  ментальности. Они знают и помнят, что было с их дедом, прадедом, чем заканчивались игры против государства.  Они это помнят со времён Ивана Грозного, и перелом шейных позвонков  1570 года… Это и есть русский менталитет, который срабатывает  определённым образом. Не важно, этот человек олигарх или не олигарх.  Только для олигарха, это в другом ключе. Эта логика совокупная, как бы,  уравновешивает американские технологии вторжения в Россию.

Впоследствии, как мы поймём, кто из предпринимателей поддержал,  встал на сторону Путина, а кто работает за американцев? По поведению  предприятий, которые эти люди возглавляют?

– Нет, нет. Они же действуют, как знаете, есть командная игра в  спорте. Футбол, хоккей. Когда он не побежит вперёд, если не видит  боковым зрением, что рядом с ним кто-то бежит. Дураков там нет, и  желающих сгореть тоже нет. Если мы почувствуем, что не пошла система у  американцев, это почувствуют все, и предприниматели тоже.

Но сейчас-то с ними договариваются?

– Пытаются. Не договариваются, а пытаются.

Но они будут вынуждены чью-то сторону сейчас выбрать.

– Не обязательно.

Мол, мы подумаем пару месяцев.

– Нет. Подумаем... у них там тоже деньги конфискованы. Они будут  мучительно искать выход. Будет тяжёлый процесс поиска попыток  выкрутится. Сделать то, сделать это. В конце концов, кто-то скажет: «Ну, чёрт с ними. Потеряю я эти деньги». Путин здесь пообещает через госбанки им чего-нибудь немножко компенсировать,  поддержать. Это процесс переговоров. Такой танец, в котором участвует  1000 человек, которые смотрят, что делает сосед. Готов сосед за свою  собственность поднять руку на Путина и на Родину? Не готов. Ну, ладно и  я, вроде, тоже не готов. Чего я пойду один? Вот такая деликатная история. Мы сейчас просто видим, как это происходит на наших глазах. Потом это всё учебники опишут.

Мы сейчас можем наблюдать какие-то сложные ситуации на  предприятиях результатов этих решений? Или нет? Ну, так, какой-то завод,  раз и обанкротился.

– Процессы пойдут, но они будут частично компенсированы уже  путинскими госбанками. Частично. Не случайно же ВЭБ заговорил, что мы  Кипру что-то там дадим. Понимаете подтекст событий? Это же не просто он  куму там дал, а это в системе танца и переговоров с каждым  предпринимателем. То есть, с одной стороны на каждого предпринимателя  как бы давят американцы с их манипулированием, а с другой стороны,  предприниматель смотрит на Путина и может быть пытается выйти и  договориться.

То есть идёт процесс подавления возможного бунта олигархов против Путина. Со стороны Путина. А со стороны американцев людей, наоборот, поднимают на восстание…

Источник: http://youtu.be/FF_KYSA88Oc
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Главная тайна России. Кто назначает олигофренов управлять?

Предыдущая запись: Финам.FM: “Парадокс” со Степаном Демурой (Выпуск #60) (Эфир 03.04.2013 ) [видео]

Комментарии

Чтобы размещать комментарии, вам нужно зарегистрироваться