Об авторе    Исследования    Авторское    Интересное   Форум    Магазин   Скачать    Пожертвования   Помощь    Обратная связь
Главная страница
Расширенный поиск
Главная страница

Официальный сайт Сергея Николаевича Лазарева

Багаж из детского дома. Через много лет он нашёл и простил мать, которая от него отказалась

Суббота, 25 Июн. 2011

Во взрослую жизнь Александр Гезалов вышел с чемоданом, в котором лежали пара трусов, одна рубашка, одеяло и матрас. Это было всё, что дал ему на прощание детский дом. Впрочем, воспитатели были уверены, что больше Гезалову ничего и не понадобится: скоро он вновь окажется в казённом доме - в тюрьме.

Слёзы внутри

Сейчас 40-летний Александр Гезалов - кавалер государственных и церковных наград, писатель, создатель общественной организации. Но он до сих пор думает, что воспитатели не так уж и ошибались. Ранняя смерть или тюрьма - это судьба большинства бывших детдомовцев. А то, что он сумел пройти по краю жизни и не сорваться, так это только благодаря наивной детской вере в добро, которую не сумели убить в сиротском приюте. Хотя очень старались.

- Я испытал первый шок, когда мы, малыши, шагая строем в столовую, которая находилась за забором, увидели, что, оказывается, у каждого ребёнка могут быть индивидуальные, свои папа и мама. Мне было всего 4 года, - вспоминает Александр. - Уже тогда нас били воспитатели и старшие товарищи. Мы этому довольно быстро перестали удивляться. Жестокость стала обыденностью, мы привыкли к тому, что нас никто не любит. Посторонние люди делали для нас праздники. Только они не понимали: мы улыбаемся, а внутри у нас текут слёзы.

Гезалов воспитывался в нескольких детдомах, и его не раз хотели отправить в подростковую колонию. Спасало то, что местная участковая знала его как спортсмена, да и отношения с ней установились человеческие. Он даже пару раз сбегал к ней в отделение, просто чтобы отсидеться, передохнуть от ужаса, который творился в приюте. Когда спустя несколько лет после выпуска одна из его одноклассниц встретила бывшую воспитательницу и рассказала, что Гезалов вроде ничего, жив, та искренне удивилась: «А что, он не в тюрьме? Странно…». Тем не менее Гезалов уверен, что ему повезло именно потому, что он попал в плохой детский дом. По его теории, в любом детском доме воспитанники лишены главного - родительской любви и заботы. При этом в плохом детдоме дети вынуждены выживать, приспосабливаться, а в хорошем они растут, как клубни в теплицах, не умея справляться с элементарными бытовыми трудностями. В результате, как только их выставляют за порог детского дома, они теряются и дорого платят за своё неумение жить.

Божий крест

У Александра есть приютская фотография - с неё смотрят 12 мальчишек в одинаковых пальто и зимних шапках. Из них до 40-летия дожили только двое. Остальные сгинули: кто-то пропал в тюрьме, кто-то  убит в драке, кто-то повесился. Этой участи не избежали и братья Александра. Мать поочерёдно сдала в детдом и его, и двух других сыновей. Один из них, повзрослев, оказался в тюрьме, второй пропал без вести.

- Главное, что мне помогло, - это то, что я избегал мест, которые кишели такими же выходцами, как я, - рассуждает Гезалов. - Кто-то вышел из детдома пять лет назад, кто-то год назад, но они всё равно сбиваются в одну большую стаю. Путь оттуда только один - вниз, но зато тебе тепло. Как свинье. 

Вести свинское существование Гезалову не хотелось. Закончив ПТУ и отслужив в армии, на атомном флоте, он уехал подальше от своего детского дома - в Петрозаводск, где и прожил 20 лет. Тем самым спасся от того неясного будущего, которое сам же и описал. В чужом городе всё у него получалось с большим трудом. Окончил местное культпросветучилище, после чего вновь оказался на улице: сиротские льготы перестали действовать. Крутился как мог, три года ночевал в ларьках и магазинах, где работал то сторожем, то грузчиком. Знакомился с людьми. Вновь и вновь сталкивался с человеческой подлостью.  Но появились и те, с кем Александр дружит все 20 лет.

Его самое светлое воспоминание детства - первая учительница. Она привечала маленького Сашу, разговаривала с ним, приглашала в гости, у неё он впервые увидел иконы.

- Если бы не вера, ничего бы у меня не вышло, потому что я был обозлённый на всех и вся за то, что моя жизнь началась с такого низкого старта. Но понимание того, что это и есть Божий крест и его надо терпеливо нести, помогло справиться со многими соблазнами и проблемами. А их было вагоны и тележки. Видимо, ангел-хранитель всегда находился рядом со мной. Даже моего брата, вышедшего из тюрьмы через 10 лет, мы смогли вытащить только через веру, всё другое не работало.

Гезалов даже нашёл в себе силы встретиться с матерью и простить её. Хотя она так и не признала того, что, сдав сыновей в детский дом, отправила их в ад.

Своё истинное предназначение Александр нашёл в общественной деятельности. Сначала он решил помочь одному детдомовцу, потом другому, а в результате понял, что в работе нужна системность. Ведь добровольцы и волонтёры приходят и уходят, а система государственных детских домов остаётся и вновь калечит судьбы. Написал автобиографическую книгу «Солёное детство». Она изменила сотни судеб: прочитавшие книгу люди понимали, чем они могут помочь сиротам, и забирали их в семьи. Создал общественную организацию «Равновесие». Совместно с православными приходами организовал благотворительную работу с бывшими и нынешними сиротами. Недавно достроил очередную православную часовенку в карельской деревне Педасельга. И всё это - за счёт грантов и общественной поддержки, хотя, как отмечает сам Гезалов, «со спонсорами, если честно, сейчас не очень, большинству из них нужны пузыри и пена от того, что он то там, то тут кого-то прилюдно и красочно одарил».

Главное, что сумел Гезалов, - создать собственную крепкую семью. «Живём скромно, спонсоров у нас нет, мы - как все. Моя жена очень славный и образованный человек, у неё два высших образования, и она терпит мою непростую работу. Мы хотим, чтобы в стране можно было жить нашим детям. Тем и спасаемся».

Но несмотря на это Александр Гезалов до сих пор плохо спит. Во сне он постоянно возвращается в детство. В то солёное детство, полное слёз и страданий, в котором до сих пор живут тысячи детей.

Сергей Хорошавин

27.10.2010

Источник: http://www.aif.ru/society/article/38591
Мнение автора и администрации сайта не всегда может совпадать с мнением авторов представленных материалов.

Следующая запись: Кубинские долгожители рассказывают свои “секреты”

Предыдущая запись: 60% россиян считают, что научное изучение религиозной жизни приносит пользу обществу

Комментарии

Комментарии в блоге запрещены.